– Если бы она подарила ему сына… – посетовал мистер Бальфур, кажется, в пятый раз.

– Она старалась! – отрезала миссис Бальфур.

Элиза крепко стиснула зубы и ощутила, как под столом ее руку сжала кузина – мисс Маргарет Бальфур.

Часы пробили половину первого. Собравшиеся уже полчаса ждали нового графа Сомерсета, без чьего присутствия нельзя было начинать оглашение завещания. Сердце Элизы замерло в предвкушении. Несомненно… несомненно, он скоро появится.

– Возмутительно, – проворчала миссис Бальфур с застывшей скорбной улыбкой на лице. – Он уже опоздал на девять месяцев и опаздывает сегодня. Разве это не возмутительно, Элиза?

– Да, мама, – машинально откликнулась та.

Всегда проще согласиться, хотя, уж если честно, вину за необычную задержку следовало возложить на старого графа, а не на нового. Именно старый граф оговорил условие, по которому завещание воспрещалось оглашать, пока не соберутся вместе все упомянутые в нем персоны. Новый граф Сомерсет – племянник мужа Элизы, а ранее предполагаемый наследник, капитан Кортни – находился в Вест Индии, когда в апреле скончался его дядя. Кроме того, в восемнадцатом году морские путешествия длились чрезвычайно долго, а посему опоздание капитана Кортни было объяснимо. Утомительно, но объяснимо.

Все, кто находился сейчас в библиотеке, прождали много месяцев, и сегодняшняя задержка уже давала о себе знать: достопочтенная миссис Кортни (невестка старого графа и мать нового) не отрывала взгляда от двери, ее дочь леди Селуин недовольно барабанила пальцами, в то время как лорд Селуин, скрывая волнение, развлекал присутствующих байками, призванными напомнить, какая он важная персона.

– И тогда я сказал ему: Байрон, старина, вы просто обязаны написать эту вещицу!

Сбоку от него, в центре комнаты, сидел поверенный Сомерсета мистер Уолкот и с вымученной улыбкой перекладывал бумаги. Все изнемогали от нетерпения, но сильнее остальных терзалась Элиза. С каждым тиканьем напольных часов ее тревога достигала все более опасных высот. Прошло десять лет. Десять долгих лет. И сегодня она снова увидит его. Неужели это действительно произойдет?

«Возможно, он так и не появится».

Жизнь, полная разочарований, научила ее одному полезному качеству: всегда быть готовой к худшему. Допустим, он перепутал даты, допустим, его карета разбилась, допустим, он решил вернуться в Вест Индию, лишь бы не встречаться с Элизой. Опаздывать – это на него не похоже, он всегда был очень пунктуальным. По крайней мере, пунктуальным был джентльмен, которого она когда то знала. Он мог измениться.

Наконец, когда часы пробили без четверти час, дверь открылась.

– Высокочтимый граф Сомерсет, – объявил дворецкий Перкинс.

– Приношу глубочайшие извинения за опоздание, – произнес лорд Сомерсет, входя в библиотеку. – Дороги коварны после дождя.

Отклик Элизы был мгновенным. Сердце забилось быстрее, дыхание пресеклось, желудок сжался, и она встала – не из вежливости, а потому, что ее подбросила на ноги прокатившаяся по всему телу волна узнавания. Все прошедшие месяцы она представляла себе этот момент и тем не менее оказалась к нему совершенно неготовой.

– Оливер, мой дорогой! – просияв, устремилась к сыну миссис Кортни, а за ней по пятам проследовала леди Селуин.

Сомерсет по очереди обнял мать и сестру.

Миссис Бальфур поцокала языком, не одобряя такое нарушение приличий, – по этикету граф должен был сначала обратиться к вдовствующей графине. Но Элизе это было безразлично. Он выглядел почти так же, как раньше. По прежнему высок и белокур, те же холодные светлые глаза, как у остальных членов семьи, и те же спокойные, уверенные манеры – бесспорное отражение его натуры. Однако после десятилетней службы во флоте он раздался в плечах, а некогда бледная кожа загорела на солнце.