– Ну не только по моей, но это не суть важно. Дело сделано. Синзуал будет захвачен. Да, драконы и грифоны, которых ты привел, немного осложнят задачу, но совсем чуть-чуть. А ты... Тебя я даже не буду убивать. Ты – ничтожество, и я, пожалуй, подарю тебя Черному Волкодлаку. Кстати, где он сейчас?

    Вельзевул в нетерпении огляделся по сторонам, будто разыскивая взглядом Отца Инквизиции, а потом раздраженно щелкнул пальцами. В пяти шагах слева взметнулся легкий черный дымок, и через секунду там оказался Черный Волкодлак. Вот только был он... мертвый какой-то. Жуткий волк, который столько раз повергал меня в бою, лежал, скрючившись, в странной позе и имел вид свежезамороженной курицы.

    – Вот как?! – Брови демона взлетели, как испуганные птицы. – Ах да, ты же дрался с ним в снегах... Значит, тебе удалось выбраться, а мой вассал сейчас уже лижет сковородки в аду? Что ж, может, ты не так уж и безнадежен... Хотя, вот ведь какая штука – это же не ты его убил! Опять не получилось погеройствовать, ха-ха!

    Я не знал что сказать. Стоял как в воду опущенный и глотал злые слезы.

    Чистейшая родниковая вода вихрем ударила мне прямо в лицо. Что за чертовщина?! Я же и так находился под теплой водяной пленкой!

    Вокруг все застыло. Орды нечисти, потрясающие оружием. Вельзевул, гадко хохочущий, скребущий огромной лапищей волосатую грудь.

    – Мерзко это все, не правда ли? – раздался совсем рядом тихий, понимающий голос.

    Я повернул голову и столкнулся с пронзительным взглядом голубых глаз. Огромный белый волк сидел, чуть наклонив голову, и смотрел на меня с легкой грустью.

    – Вижу, этому демону почти удалось сломить тебя.

    – Еще бы, – огрызнулся я. – Я вообще ни на что не годен! Друзей не спас, врага не убил, а этому рогатому сам помог вылезти из преисподней! Серость, слизняк, улитка...

    – Антоний, неужели ты не понимаешь, что демон добивается именно этого? Добивается, чтобы ты поверил в его слова, поверил в собственную никчемность? Знаешь, зачем ему это нужно? Он боится тебя!

    – Не нужно пустых утешений. – Я бессильно осел на землю. – Я себя лучше знаю...

    – Как выяснилось – нет, – мягко упрекнул волк, а потом хитро прищурился. – Как считаешь, Мечта смогла бы полюбить ничтожество?

    Дыхание перехватило, а в сердце впилась когтистая лапа...

    – А с чего ты решил, что она... она...

    – Я вижу это, – просто сказал волк. – Вижу совершенно точно. И все видят. Кроме тебя...

    – Но... блин! Нет, этого не может быть! – Я лихорадочно вскочил. – Или может? А-а-а, как же все сложно... Но что мне делать?

    – А ты про что конкретно спрашиваешь? – осклабился мой собеседник. – Ладно-ладно, шучу я. Сейчас тебе надо загнать этого демона туда, откуда он вышел.

    – Но как?

    – Решай сам. Герой ты или не герой?!

    С этими словами старый Белый Оборотень исчез, а мир опять обрел движение. Демон хохотал, нечисть кисло поддерживала его, хотя на некоторых тупых рожах я увидел искреннюю радость.

    Вельзевул нависал надо мной, огромный, как скала, и сильный, как ураган. Он мог растоптать меня, размазать одним движением руки. Он мог втоптать меня в грязь словами, что ранят еще страшнее, чем меч.