— И попытка сорвалась, — объявила Дел.

Аббу, человек неглупый, нахмурился. Он посмотрел на Дел, на меня и потребовал обратно свое кольцо.

— На каком основании? — удивился я.

— Ты выиграл обманом. Ты знал эту женщину.

Я пожал плечами.

— А я и не говорил, что я с ней не знаком. Не пройдет, Аббу. Я предложил сделать ставки. Ты согласился. Кольцо было выиграно честно, — я улыбнулся. — И оно мне пригодится, у меня уже накопились долги.

Дел внимательно взглянула на меня.

— Ты ставил?

— На тебя.

— На выигрыш.

— Конечно на выигрыш. Ты меня принимаешь за дурака?

Аббу выругался под нос.

— Это я дурак.

— Потому что захотел учить женщину? — в голосе Дел снова появились холодные нотки. — Или потому что поставил не на того?

К столу подошла Кима с кувшином.

— Акиви, — объявила она и грохнула кувшин на стол.

Аббу Бенсир с вызовом посмотрел поверх края кувшина на Дел. Я знал этот прием — Аббу, хотя мне ненавистно это признавать, пользовался успехом у женщин — но я не испугался. Такой тип мужчин никогда не интересовал Дел. Аббу был слишком самонадеянным, слишком резким, слишком уверенным в своем превосходстве, основанном только на его принадлежности к сильному полу.

И самое главное, он был слишком Южным.

— Чему ты можешь научить меня? — спросила Дел.

Я ударил ее под столом ногой.

Аббу задумался.

— Ты высокая, — сказал он, — и сильная. Длина руки у тебя, пожалуй, такая же как у любого мужчины, за исключением Песчаного Тигра конечно. Но ты бы танцевала лучше, если бы наносила не такие широкие удары, они должны быть более изящными, — он потянулся через стол и потрогал левое запястье Дел. — У тебя достаточно сил — я это заметил — чтобы поддерживать короткие удары, но ты этим не пользуешься. Ты танцевала слишком открыто, поэтому на ответы у тебя уходило больше времени и у противника появилась возможность прорвать твою оборону. Сегодня победило не твое мастерство, а неопытность мальчика, — Аббу улыбнулся. — В танце со мной ты бы лишилась единственного преимущества.

А он хорошо разобрался в стиле танца Дел. Его замечание насчет коротких ударов клинком мне совсем не понравилось. Я понял, что он точно оценил ее. Обычно в танце удары Дел действительно более плотные и сдержанные, но сейчас она была не в форме и не могла использовать привычную технику.

Если что и могло произвести впечатление на Дел, так это мужчина, оценивший ее умение, а не красоту.

— Хватит о танце, — резко сказал я. — У нас на столе пропадает хорошее акиви, — я поднял кувшин и начал разливать акиви по чашкам, принесенным Кимой.

Аббу покосился на меня. Когда поворачивался в профиль, его нос был уродливой карикатурой, но это накладывало на него печать богатого жизненного опыта. В отличие от Набира, он не был мальчиком на пороге мужественности, он переступил эту черту много лет назад. Аббу смотрел на мир внимательными, быстрыми глазами борджуни, хотя занимался танцами мечей, а не грабежами.

Что он думал обо мне, я не знал. Я был выше, тяжелее и моложе, но Аббу точно подметил — я не успел обрести былую гибкость и силу, и это было заметно. Хотя конечно заметно только для опытного танцора меча, умевшего соединять воедино наблюдения по мелочам.

Аббу развалился на стуле и глотнул акиви.

— Ну, — лениво сказал он Дел, — а этот большой пустынный кот рассказывал тебе о наших приключениях?

— Приключениях? — тупо отозвался я.