— Но ты никогда не пытался получить собственный домейн? — вкрадчиво поинтересовалась Дел.

Аббу пожал плечами.

— Легче взять деньги и уехать, а потом вступить в армию следующего пустынного бандита, который мечтает стать танзиром.

Дел взглянула на меня.

— А ты этим занимался?

— Никогда, — отрезал я. — Я нанимался защищать танзира уже правившего в каком-то домейне, но никогда не вмешивался в дворцовые перевороты и не устанавливал ни чью власть.

Дел задумчиво кивнула.

— Значит танзирами не рождаются… Принцем можно стать только при поддержке вооруженных людей.

— Танзиром можно родиться, если семья правит в домейне достаточно долго и некоторые из этих пустынных «царств» существовали по несколько веков и правили ими древние династии. Домейны передавались потомкам…

— …которые должны были быть достаточно сильными, чтобы удержать его, — закончила Дел.

— Конечно, — проскрипел Аббу. — Сколько раз бывало, что власть в таких домейнах переходила к мальчишкам, которые по молодости просто не могли управлять силами, необходимыми для защиты от узурпаторов, — он улыбнулся. — На юге много желающих расширить свой домейн, а это самый легкий способ.

— Украсть, — сказала Дел.

— ВСЕ домейны были когда-то украдены, — отрезал Аббу. — Много лет назад Юг никому не принадлежал, он просто был. А потом люди, достаточно сильные, выбрали себе домейны по вкусу… так и пошло, пока землю не разделили от моря до Северной границы, и с запада до востока.

— Разделили, — повторила Дел. — А свободной земли совсем не осталось?

Аббу пожал плечами.

— Домейны существуют там, где земля хоть чего-то стоит, где есть вода, или поселение, или оазис, или горы, в общем так, где можно жить. То, что никому не нужно — свободно.

— Пенджа, — сказал я. — Никто не правит в Пендже, кроме племен может быть… но они уважают свою землю. Они не делят ее и не цепляются за нее. И они не подчиняются никому, никаким самозваным танзирам. Они бродят по пустыне вслед за ветром.

— Как танцоры мечей, — Дел поставила свою чашку на стол. — Значит Оракул, который может объединить племена, представляет угрозу для танзиров?

— Если он решит поднять племена — да, — согласился Аббу.

— Но Оракул только глашатай, — напомнил я. — Настоящая угроза это джихади. Потому что если окажется, что пророчество правдиво — песок превратится в траву — весь Юг станет стоящей землей. Каждый человек будет сам себе танзиром и эти принцы, правящие сейчас в домейнах, лишатся власти.

— Значит они попытаются убить его, — заключила Дел. — Независимо оттого, кто он и зачем пришел. Даже если все это ложь, танзиры его убьют. Просто на всякий случай.

— Возможно, — согласился я.

Аббу улыбнулся.

— Сначала им нужно найти его.

— Искандар, — напомнила Дел. — Разве не там он должен появиться?

Аббу пожал плечами.

— Так говорит Оракул.

— И ты поедешь туда, — отметила Дел.

Аббу Бенсир засмеялся.

— Не ради Оракула, не ради джихади.