|
Теперь черед за тобой... Аврора подняла на сестру глаза. - Не понимаешь? - улыбнулась Ксения. - Надо, чтоб твой будущий сын походил не на тебя, а на меня. - Ах, Ксаня! за что такая жестокость? - Но почему же, почему? Аврора встала, закрыла рукой глаза и молча вышла из комнаты сестры. В тот же вечер она встретилась с сестрой в полутемном коридоре. Ксения несла связку каких-то вещей. - Послушай, Ксаня, - сказала, остановив ее, Аврора, - странные вы люди: скрываете, а я все знаю... - Что же ты знаешь? - смущенно спросила Ксения. - Ну, да уж бог с вами! Сказав это, Аврора прошла далее в гостиную. - Дьякон проговорился! - решил Тропинин, когда ему, после ужина, об этом сказала жена, - вот я его! - Нет, Ильюша, - ответила Ксения, - сегодня с почты привезли Авроре какое-то письмо, и она долго над ним у себя сидела. XXXVI Накануне отъезда княгини Тропинин навестил соседа-предводителя. Он ездил к нему с целью поблагодарить его за внимание к княгине и просить о защите покидаемого ею имения. Аврора также выразила желание проститься с женою чеплыгинского священника. Чтобы не томить упряжных лошадей, она поехала верхом на Барсе. Наступил вечер. За чаем сказали, что Аврора обратно прислала коня и передала через его провожатого, что к попадье приехали коломенские знакомые и она осталась, чтоб дослушать привезенные ими рассказы, а возвратится позднее, на лошадях священника. День кончился в суете последней укладки. Истомленная прислуга едва двигалась. Подали ужин. Аврора не возвращалась. - Экая темень! тучи нашли, не быть бы завтра дождю! - заметила Ксения, глянув в окно. - Аврору, верно, не пустили, оставили там переночевать. - И хорошо сделали, - сказала княгиня, - послать бы к ней Маремьяшу или Ефимовну. - Арина Ефимовна тоже там-с, - объявил Влас, все время в Ярцеве бывший как-то в тени, а теперь, в ожидании новой дороги, опять принявший важный и внушительный вид. - Зачем Арина в Чеплыгине? - Барышня Аврора Валерьяновна приказали накидку теплую доставить, а там всенощная, завтра канун Покрова богородицы, и Арину Ефимовну наши ярцевские мужики туда подвезли. Настало утро. Главные дорожные вещи были окончательно укупорены и уложены в экипажи. Дормез, коляска и две троечные кибитки стояли запряженные у конюшни. Но туда то и дело еще носили разные ящики, корзины и узлы. Не видя Авроры, Тропинин позвал Власа и велел ему ехать за нею в коляске. Тем временем в зале готовили дорожный завтрак. Отдавая последние приказания наблюдавшему за сборами приказчику, Илья вышел на крыльцо и увидел наконец коляску, въезжавшую в ворота. Она внутри была пуста. - А барышня? - спросил Илья Власа, когда тот подъехал к крыльцу и, мрачно насупив седые брови, слез с козел. Влас вынул из-за пазухи письмо и молча подал его Тропниину. - От кого это? - От барышни Авроры Валерьяновны. - Да где же она? что все это значит? - Барышня с вечера написали и приказали вам это передать, когда опять за ними пришлют. Тропинин вскрыл пакет. "Не ищите меня, - писала зятю Аврора, - и не старайтесь догнать меня и остановить. Я, по долгом обсуждении, окончательно решилась и еду к дяде Петру Андреевичу, Он нездоров и на мою просьбу прислал за мною экипаж и лошадей. |
