— Чей он? — обратился я по рации к Гонзалес.

— Он принадлежит «Рейнбоу Ресерч».

— Но у вас же все корабли белые с радужной эмблемой…

— А этот не входит в основную структуру компании. На таких летает наша служба безопасности, — пояснила Лаура.

— Ну наконец-то! Зачесались! — обрадовалась Клер.

Но я к ее воплям счастья присоединяться не спешил. Что-то шло явно не так.

— Сначала они отправляют обычных спасателей. Потом военных… — Лауру тоже терзали сомнения.

— Военные сами прилетели, — напомнила Клер, — по нашему сигналу бедствия.

— Девочка моя, никакой генерал не отважится послать десант на станцию «Рейнбоу», не согласовав этот полет с советом директоров компании. Это так работает и никак иначе. Ладно, прекратили совещание, нам делом заниматься надо. Через пару минут мы с Мирко закончим с бомбой и пойдем обратно на корабль.

— А я сигналы засек в северном секторе станции, — сообщил нам Том. Что-то его прямо прорвало на новости. Причем непонятно — приятные или нет.

Несмотря на то что понятия «север-юг» в космосе не имели никакого смысла, сектора многих станций подразделялись именно по этому привычному принципу.

— Какие еще сигналы? Том, тебе мерещится! — попыталась урезонить своего товарища Клер.

— Свет в одном из отсеков моргает.

— Так он везде моргает! Системы выходят из строя…

— Он мигает не просто так, а с системой! Три коротких, три длинных и снова три коротких.

— Ну и что⁈

Неудивительно, что Клер понятия не имела о значении этой последовательности. Но я, как спасатель, обязан был знать, что означает этот сигнал.

— Кому-то нужна помощь.

— В первую очередь помощь нужна нам! — огрызнулся Мирко. — Не вздумай, даже мысли не допускай о том, чтобы броситься на выручку!

— Сигнал повторился! — доложил Том.

— Не капай на мозги! — набросилась на него Клер. — Выключи вообще эту камеру к черту.

— В северном сегменте станции находятся секретные лаборатории…

— И-и-и ты тоже не начинай, — рявкнул на Лауру Мирко, — секретные — и хорошо. Нам секреты «Рейнбоу» ни к чему. У нас своих девать некуда! Заканчиваем и отчаливаем. Пусть безопасники сами разбираются со своими тайнами и секретами.

— И что, улетим и гонорара не попросим? — наступил я приятелю на больную мозоль.

— Почему «не попросим»? Попросим, но только когда в открытом космосе окажемся. Или лично наведаемся в штаб-квартиру «Рейнбоу Ресерч» и потребуем оплаты контракта. С процентами за риск и непредвиденные обстоятельства! Все, идем обратно!

— Погоди ты, мы еще до поста управления не дошли.

— Доходите и возвращайтесь… слушай, а давай на «Ангел» вернемся? И стартуем сразу на двух кораблях? — предложил Мирко.

— Разделиться — так себе идея, — засомневалась в проекте моего друга Лаура.

— Позже, все обсуждения позже. Корабли отцепим, там решим, — ответил я и двинулся по коридору. Этот отсек станции вообще не пострадал и выглядел так, будто только-только сошел со стапелей. Обшивка блестит и сияет, звучит музыка для релакса, которая меня начинает потихоньку бесить. Горшки стоят отполированные с натуральными растениями, люк, подмигнув нам зеленым индикатором, откатывается в сторону. Идиллия сплошная!

Которая закончилась сразу, как только мы с Клер перешагнули порог. Смена операторов пункта стыковки состояла из пяти человек.