Ситуация настолько неожиданная, что я забываю, как пользоваться собственными руками, как управлять телом… Как дышать, в конце концов. Это как-то неправильно. И странно. Придя в себя, я хватаю его за запястье. Кожа у него действительно сейчас горячая по сравнению с моей холодной. Опускаю взгляд, смотрю на его руку на своём животе и смущаюсь, глядя на его красивые пальцы, на кольца и на своё тоже – на подаренное им.

Растерянно похлопав глазами, я сперва даже не могу найти слов для ответа. У него слегка сконфуженное выражение лица, как будто он сделал что-то не так, хотя намерения у него были хорошие. У меня голова идёт кругом от этих сумасшедших перемен в его поведении. Я убираю его руку, качнув головой:

Он сглатывает, отстраняясь. И больше не говорит ни слова. Каждое его действие заставляет меня теряться. Я чувствую себя ужасно. Лучше бы он всё время был злым и грубым. Так я бы хоть знала, чего от него ожидать.

Гай игнорирует, качая головой. И я не нахожу ничего лучше, как просто оставить кольцо на пальце.

И вот я наблюдаю через окно за тем, как наш автомобиль сворачивает с оживлённой дороги на длинную, извилистую аллею, скрытую за высокими кирпичными стенами. За ними нас встречает охрана и, увидев Гая, они приветствуют его и открывают ворота. Несколько длинных минут нас окружают подстриженный газон, дополненный клумбами, просторные сады, статуи, скрытые в густой зелени, и фонарные столбы. Пока всё это наконец не расступается, открывая вид на нечто поистине невероятное: огромный дворец, больше походящий на королевский замок из сказок. Он высится на холме, его фасады, выполненные из светлого камня, сияют в лучах восходящего солнца. Центральный корпус, выстроенный в стиле поздней английской архитектуры, отличается строгими линиями, высокими окнами, украшенными изящными наличниками. Над центральным входом возвышается треугольный фронтон с барельефами, изображающими мифических существ – львов и грифонов, которые будто охраняют эти владения. К центральному корпусу примыкают боковые крылья, выполненные в стиле викторианской готики. Их украшают высокие остроконечные окна, каменные карнизы и множество башен, увенчанных зубчатыми верхушками. И всё это дополняют изумрудные холмы вокруг, утопающие в утреннем тумане.

Я никогда не видела ничего подобного. В смысле, не видела, чтобы кто-то жил в подобном доме. Это и домом трудно назвать. Это самый настоящий королевский дворец. Его масштабы просто захватывают дух. Подъездная дорога, вымощенная гранитными плитами, изгибается, ведя к главному входу. Машины останавливаются у широкой парадной лестницы из белого мрамора, упирающейся в массивные двери. Лестница украшена балюстрадами и каменными вазами. По обеим сторонам стоят высокие колонны.

Двое мужчин в безупречной тёмно-синей униформе почтительно открывают нам двери, и мы выходим наружу. Машина тут же трогается с места, уезжая, видимо, на домашнюю парковку. Воздух наполнен ароматом цветов и свежестью утренней росы. Удивительно, что я не чувствую запаха крови в этом месте.

Гай хлопает мужчину по плечу, проходя к лестнице, а потом замирает у дверей. Он спрашивает:

Гай входит в дом, и я спешу за ним, сопровождаемая любопытным взглядом Арчи, который не осмеливается сказать мне ни слова. Я бы не хотела потеряться, а это вполне возможно.

Мы оказываемся в просторном холле. Пол выложен полированным мрамором, а потолок украшен сложной лепниной, расписанной в нежных тонах. В воздухе ощущается едва уловимый аромат старой древесины. Массивные люстры из хрусталя, сверкая сотнями граней, рассеивают мягкий свет по холлу. Я чувствую себя крайне неуютно в таком громадном пространстве. И эта тишина меня тоже напрягает. Гай снимает свой пиджак с моих плеч и проходит дальше, а я иду за ним, стараясь не слишком отвлекаться на окружающее нас убранство – на стены, обшитые панелями из тёмного дерева, украшенными резьбой в классическом английском стиле.