– Под счастливой звездой ты родился, Владимир Николаевич, – с порога заявил начальник отделения. – Руководство приняло все твои предложения без каких-либо изменений. Ты получишь все, что требуется. Как говорится, престиж государства стоит дорого, но он этого стоит.

«Явно повторяет чужие слова», – с усмешкой подумал Христофоров, поднимаясь с места. Но начальник оперативного отделения на спешил его отпускать.

– В Чечне закончила расследование независимая комиссия Международного Красного Креста по поводу боя в кишлаке, где погиб мулла.

– Ну и что они обнаружили? – с деланым безразличием поинтересовался Владимир. Он был опытным оперативником и знал: если бы комиссия нашла следы федеральных войск, начальство говорило бы с ним совсем по-другому и ни о какой новой операции не могло быть и речи. А если шеф заговорил об этом под занавес, то…

– Комиссия выяснила, что на кишлак напал отряд арабских наемников под командованием Абдулла Камаля. Именно на этого полевого командира указало большинство жителей села.

– Ну да, – усмехнулся опер. – После того как по всем каналам показали похороны алжирца, легче объявить, что он напал на село, нежели сознаться, что сами принимали его как дорогого гостя.

– Кроме того, группа офицеров ФСБ, помогавшая в расследовании, обнаружила большое захоронение убитых в том бою арабов.

– Хорошо искать, когда знаешь, где спрятано, – задумчиво произнес Христофоров.

После того как бой был закончен, морские пехотинцы, уничтожив явные следы своего пребывания, покинули место сражения и стремительным марш-броском вернулись к себе на станцию. Вечером того же дня два эшелона (грузовой с боевой техникой и пассажирский с личным составом) направились на север. В подробном докладе Христофорова указывались места захоронений убитых боевиков. Теперь один из таких скотомогильников и нашли местные чекисты.

– Вот это станок для снятия сексуальной напряженности, – масленым голосом произнес один из молотобойцев.

– Не идет, а пишет, – поддержал другой.

– А дурак читает, —добавил третий под общий смех.

Хлюст тоже хотел что-то сказать, но не успел.

В кармане пронзительно зазвенел мобильный телефон.

– Слушаю, – поднес он трубку к уху.

– Они на подходе, у вас пятнадцать минут, —доложил невидимый наблюдатель.

– Понял, – проговорил Хлюст и отключил мобильник. Сунув трубку во внутренний карман пиджака, он вытащил из бокового небольшую портативную рацию «уоки-токи», включил и стал проводить перекличку имеющихся в распоряжении сил. – Санитары?

– Ждем, – последовал короткий ответ.

– Заслон?

– На месте.

– Порядок, – кивнул руководитель операции, потом снова поднес рацию к губам. – Всем нулевая готовность. Действуем по моей команде.

Отведенные наблюдателем пятнадцать минут пролетели как одно мгновение.

Автозак, угловатый «ГАЗ» с серой будкой-кузовом для перевозки заключенных, появился из-за поворота и тут же, сбавив скорость, остановился перед больничными воротами. Пожилой сторож распахнул металлические ворота, пропуская автомобиль внутрь.

– Птичка в клетке, – снова поднес рацию ко рту Хлюст. – Начали.

Рацию он отключил и отложил в сторону, трое «быков» молча выбрались из салона «БМВ» и не спеша, не привлекая к себе внимания, напрээвились к хирургическому отделению, старому трехэтажному зданию из красного кирпича.

С противоположной стороны хирургического отделения остановился бело-красный «РАФ» «Скорой помощи».