– Лицом к стене! – гаркнул прямо на ухо рыжий вертухай.

Виктор выполнил команду, через несколько секунд громко щелкнул автоматический замок. Внутри оказалось еще двое надзирателей, у которых вместо резиновых дубинок были мощные электрошокеры. Служба в блоке, где сидят те, кому нечего терять, требует особой системы безопасности, которой контролеры не смеют пренебрегать.

– Продолжать движение, – последовала новая команда.

Виктор, прежде чем сдвинуться с места, выдохнул через ноздри воздух и, повернувшись, вступил на порог «коридора смерти». .

Через минуту он вошел в небольшую камеру, где на него настороженно уставились две пары глаз.

Впрочем, курортный сезон закончился, и особого ажиотажа у поездов, направляющихся на юг к берегам теплого Черного моря, уже не было. Теперь отъезжающие чинно пробирались внутрь вагонов, демонстрируя нарядно одетым проводникам бледно-оранжевые корешки билетов.

Провожающие редкой цепочкой выстроились вдоль вагонов, переговариваясь с отбывающими. Как и положено в таких случаях, они громко давали последние наставления и пожелания, не забывая для большей убедительности подкреплять слова жестами.

Напротив одного из купейных вагонов стояла небольшая группа мужчин. Высокий, крепко сбитый, с грубым обветренным лицом держал в левой руке массивный чемодан, из чего можно было заключить, что именно он уезжает. Двое других – коротко стриженный крепыш с угрюмым взглядом и долговязый молодой человек с довольно-таки легкомысленной внешностью – его провожали.

– Как это ни банально звучит, Николай Николаевич, – проговорил крепыш, обращаясь к здоровяку с чемоданом, – но повторите еще раз инструкцию.

– Значит, селюсь на частной квартире, обживаюсь, досконально изучаю город. И жду ваших распоряжений, – без тени недовольства проговорил здоровяк.

– Главное, с мобильником ни на секунду не расставайтесь. Ситуация сейчас такая, что позвонить вам могут в любую минуту независимо от времени суток. Внимание к себе не привлекать, хотя ситуацию контролировать. В общем, что мне вас учить, все как в разведке: «Мы видим всех, нас не видит никто». Вы будете находиться в том положении, когда не знаешь

заранее, кто враг… и если вас вычислят… мы ничем не сможем помочь.

– Я в курсе, – кивнул мужчина с чемоданом. – Жить мне еще не надоело, буду начеку и, главное, не буду светиться без особой нужды. В общем, строго следовать параграфам инструкции.

– Молодые люди! – До троицы донесся голос пышнотелой блондинки-проводницы. Белая форменная блузка трещала на ее необъятной груди. – Если вы собрались ехать, то проходите в вагон. Минута до отправления.

– Ну, все. Давай, Николаич, – проговорил крепыш, протягивая на прощание руку. – Счастливого пути.

Мужчины обменялись рукопожатиями, наступила очередь молодого человека.

– Давай, Дядя Федор, привет от нас славному городу Черноморску. Даст бог, скоро увидимся.

Пассажирский состав дернулся и медленно поплыл вдоль перрона. Отъезжающий в два шага догнал вагон и ступил в тамбур, оказавшись плотно прижатым пышной грудью блондинки.

– Везет же кому-то, ехать с такой нимфой, – со вздохом произнес старший лейтенант Лялькин, глядя вслед удаляющемуся вагону. – Правильно я говорю, товарищ полковник?

Христофоров ничего не ответил, он взглянул на циферблат наручных часов. Тоненькая золотая секундная стрелка начала отсчет активной фазы операции.

– Это ты, что ли, Сова? – спросил худой зэк с голым, как бильярдный шар, черепом. Впалые щеки, острый подбородок и темные навыкате глаза делали его похожим на сказочного Кощея Бессмертного.