|
— Забавно. Не слышал. Наверное, ещё рано интересоваться, поэтому. — Ну так что? — Не знаю. А какие у них отношения с нами? В смысле, у партизан. Не у огурчиков. — Сложные. Но у них со всеми — сложные. Они во всех видят врагов. — Могут и пальнуть? — Ну, если им что-то не понравится… — А куда ехать? — А вот здесь, — Светличный ткнул пальцем в карту, — это километров семь восточнее Кирова, застряла научная экспедиция. То есть мы предполагаем, что они там, потому что это была последняя точка, откуда они вышли на связь. — Они могли пережить выброс? — Да, там как раз есть оборудованное партизанское убежище. Эти ребята понарыли очень много нор в окрестностях городка. Для себя и друзей. Или сдают за деньги. В смысле, не за деньги… — Я понимаю. А объехать эту республику по кривой никак? — Там могут возникнуть куда большие сложности. — Ясно. Ребята, как? — Ну, раз надо… — неуверенно сказал Назаренко. — Сам решай, командир, — и Настя откинулась на спинку стула, скрестив на груди руки. Светличный с непонятным интересом на неё посмотрел. Покачал головой. — Я опять чего-то не знаю? — спросил Юра. — Муж у неё там. Скорее всего там. — Светличный поднялся, с хрустом потянулся. — Командир такие вещи должен знать, могла сказать и сама. — Да, Игорь Иванович, — смиренно отозвалась Настя. — Могла. — Но не сказала. — Не хотела влиять на принятие решения командиром. — Вас, барышни, не поймёшь, — сказал Юра. — Так вам не так и этак не этак. Внимания много, внимания мало… Сложная конструкция. — Эр-тэ-эф-эм, — сказала Настя. — Рид зе факинг мануал. — Это Стендаля, что ли? На книжки времени нет. Руки тренируем, ноги… Ладно, хорош трепаться. Игорь Иванович, давайте задание, постараемся всё сделать. Какую валюту принимают эти партизаны? — Да всякую. Жидкую, патроны, лекарства… Придумаем что-нибудь. Ах да, чёрт… за всеми этими перебродами запамятовал… Юра, тебе тут звонили из Киева несколько раз, я сказал, что передам и что ты… — Связи же нет. — Это проводная. — А где аппарат? — В соседней комнате, там Валечка, скажешь, что я разрешил. Негнущимися пальцами он набрал номер Эллы. Элла ответила сразу. Алёнка пропала. Сказала, что поедет куда-то на один день — за подарком для него, для Юры. И не вернулась. И не отвечает. И никто из знакомых ничего сказать не может. И в полиции тоже ничего сказать не могут. Объявили в розыск. Но пока — никаких следов. Когда отъехали от ворот на километр, Настя остановила машину. |
