|
Спаркс кивнул и продолжил: — Я распростился с университетом незадолго до окончания. Все лучшее, что можно было почерпнуть в стенах, я получил. В поисках Александра я обрел тот практический опыт, который невозможно получить за партой. Дойл решил, что дальше эту тему развивать не стоит. — Джек, а когда Александр вернулся в Англию? — Трудно сказать. Я потерял его след в Непале… И по возвращении домой в течение многих лет полагал, что мистика и магия захватили его настолько, что все остальное его перестало интересовать. Позже оказалось, что я глубоко заблуждался: Александр вернулся в Англию двенадцать лет назад, незадолго до того, как я начал карьеру. — А как вы узнали, что он вернулся? Сцепив руки и склонив голову, Спаркс некоторое время пристально смотрел на огонь в камине… — В то время у меня возникло чувство, что деятельность криминального мира Лондона направляется какой-то… жестокой силой, скажем так. Паутина преступных связей была соткана умелой рукой, которая тонко манипулировала ими. Ее скрытое присутствие скорее ощущалось, нежели замечалось в каких-то конкретных делах. Но даже в тех случаях, которые мне удалось проверить, за кажущейся хаотичностью кровавых преступлений проглядывала какая-то общая цель. — И что же это за цель? — Ничего конкретного. Как вам известно, кое-кого из преступного мира я нанял на службу — надо надеяться, они вернутся на праведный путь. Так вот, от них я узнал о неком господине, который возглавляет подпольный бизнес — игорные дома, контрабанда, работорговля, проституция, наркотики. Деньги непрерывным потоком стекаются к нему. — И вы полагаете, что это Александр? Спаркс помолчал. — Я не уверен, — продолжил он, — что такой человек существует. Ни один из моих подопечных не может похвастаться тем, что видел или общался с ним. И все же могу сказать, что никто, кроме моего брата, не способен на это. И никто не может быть так опасен, как он. — А мне кажется, что установленный в криминальном мире порядок существовал в Лондоне и до Александра. Ибо, увы, преступность всегда составляла неотъемлемую часть человеческого опыта. — Не стану возражать. Но что вы хотите этим сказать? — Думаю, что за всей этой незаконной деятельностью стоит нечто худшее, нежели то, о чем вы рассказали. Нечто выходящее за рамки преступного мира… — Вы имеете в виду Темное братство? — спросил Спаркс. — Во всяком случае, какую-то организацию, стоящую особняком и имеющую собственные тайные цели. — Возможно, это так, — пожал плечами Спаркс. — А вы уверены в том, что Александр поклялся быть верным Братству? — Единственный союзник Александра — он сам, — сказал Спаркс. — И если даже он связал себя какими-то обязательствами, то исключительно из собственных амбиций. Как только ситуация изменится, Александр не задумываясь преступит любую клятву. — В любом случае сотрудничество с преступным миром, пусть и временное… — начал Дойл. — Представляет угрозу безопасности нашей стране, более серьезную, чем война или эпидемия. Нельзя на это закрывать глаза, — договорил за него Спаркс. Дойл помолчал некоторое время и спросил: — А когда вы видели брата в последний раз? — В Топпинге. |
