|
— Седрик? — растерялся Дойл. — Когда крестили, так и назвали. Мамаша назвала меня Седриком. — В честь?.. — вежливо подсказал Дойл. — Ну да, в честь моего рождения, — гордо выпятив грудь, ответил Боджер. — Боджер, расскажи джентльмену то, о чем ты рассказывал мне, — перебил своего приятеля Барри и шепнул Дойлу: — Он немножко умом повредился, сэр, я так думаю. Дойл кивнул. Лицо Боджера выражало невероятное напряжение, от волнения его брови задвигались, словно под ними включился моторчик. — Помнишь, ты рассказывал мне о мистере Лэнсдоуне Дилксе? — добавил Барри. — Ух! Ну и олух же я! — Боджер с размаху двинул себе по лбу. Трудно было сказать, что означал этот в высшей степени выразительный жест. Скорее всего, он пробуждал упрямую память спортсмена, хотя, возможно, служил стимулом к тому, чтобы заставить работать те участки мозга, которые еще способны на это. — Лэнсдоун Дилкс! Черт! Ну ты и дубина, Боджер Наггинс! — Боксер размахнулся во второй раз. — Ну, ну! — воскликнул Дойл. — Не волнуйтесь, Боджер, все в порядке. — И то верно, — мгновенно успокоившись, сказал боксер. — Так вы знали этого мистера? Лэнсдоуна Дилкса? — Ох, долгая это история, — тяжело вздохнул Боджер, видимо подразумевая под этим нечто драматическое и ужасное. — Ну, значит, так… Хорошо знакомый с привычками своего приятеля, Барри сунул ему в ладонь мятую банкноту. — Да, — приободрившись, начал Боджер, — я сам, стало быть, из Квинсленда. Оттуда. В общем, из Брисбеина. Через соленый океан. — Понятно, — сказал Дойл. — Вы родом из Австралии. Боджер удовлетворенно щелкнул пальцами и подмигнул Дойлу, словно тот раскрыл некий невероятный секрет. — Точнее некуда! — воскликнул он. — Из Австралии. — Значит, мы с вами понимаем друг друга. Продолжайте, Боджер, — попросил Дойл. — Да. Кулаками я махал что надо. Кровавый спорт. Но Боджер Наггинс драться умел. Я так считаю, если мужик хочет показать, что голыми руками заткнет за пояс любого, пусть дерется. Боджер Наггинс был молодец! Чемпион Нового Южного Уэльса и Океании в полусреднем весе… И для того чтобы продемонстрировать свои выдающиеся способности, как это случается со всеми спортсменами, Боджер размашисто двинул огромным кулаком, пронеся его в каком-нибудь дюйме от груди Дойла. — Но дело вот какое, — продолжил он. — Наш бонза, «маркиз» наш из Квинсберри, он любил побаловаться, знаете ли. Ну, наряжал нас в женское платье и устраивал танцульки. — Не в силах сдержать негодование, Боджер смачно сплюнул изжеванный табак на пол. — Если хотел посмотреть, как дерутся девчонки, старый козел, катился бы в какой-нибудь бордель для бонз… Правильно я говорю? — Мне трудно судить, — сказал Дойл. — Мне бы насчет мистера Лэнсдоуна Дилкса… — Я как раз к этому подхожу, сэр, — пояснил Боджер, устрашающе поигрывая мускулами. — И Боджер решил слинять из родного дома и попытать силы по другую сторону этой большой лужи. В Англии, стало быть. Как вспомню наше суденышко, ух… — Значит, вы оказались в Лондоне, — подсказал Дойл. — Еще как оказался. |
