Изменить размер шрифта - +
 — Обещаю, я не подведу вас, хотя собака предназначается Батлу.

— Ну, этого старого ворчуна я знаю с детства. Мы ведь с ним ровесники.

Сделав несколько необходимых покупок, Эйбел направилась по данному Лайном адресу. Ее звонок вызвал бурную реакцию по ту сторону дверей. Заливистый лай не прекращался даже после того, как Эйбел впустили в дом.

Мистер и миссис Брадемас были пожилыми людьми. Они переезжали на Запад, где жил с семьей их единственный сын.

— Джорджи очень славная, умница. Она у нас всего полгода, но мы так привязались к ней. Брать с собой нельзя.

— Здоровье не то, знаете ли… Да что уж… — добавил мистер Брадемас, виновато улыбаясь.

Эйбел видела, что старики приняли для себя очень трудное решение и очень переживают.

— Не так-то просто нам расстаться с ней. — Миссис Брадемас приложила к глазам платок.

— Это я знаю. Поверьте, ей у меня будет хорошо. Если хотите, оставьте ваш телефон. Я буду вам позванивать, сообщать, как она.

— Мы можем надеяться? — немного оживился Брадемас.

Джорджи внимательно прислушивалась к разговору, почуяв, что речь идет о ней. Брадемасы хотели сами привезти собаку Веджвортам, но Эйбел уговорила их отдать Джорджи сразу:

— Поверьте, так будет лучше и для нее, и для вас…

В конце концов старики согласились с доводами Эйбел.

Трогательная сцена прощания несколько затянулась. Миссис Брадемас держала Джорджи на руках, а ее муж все выносил и выносил вещи собачки: любимые игрушки, миски для питья, коврик, пакеты с сухим кормом, банки с консервами. Старики наперебой объясняли, что Джорджи любит из еды, какой у нее режим. Но вот закончились последние напутствия. Эйбел посадила рядом с собой на сиденье взвизгнувшую Джорджи и тронулась в путь.

В дороге собака нервничала, скулила, стучала лапами в стекло. Эйбел как могла утешала ее. Пройдет время, она привыкнет ко мне и к Батлу. Женщина то и дело гладила Джорджи по спинке, и та ненадолго успокаивалась.

В документах порода Джорджи значилась, как «вест хайпенд уайт терьер», но Брадемасы честно признались, что это помесь. У истинных представителей горных шотландских терьеров шерсть более длинная и густая. Эйбел безразлична была порода. Ей сразу понравилась эта собачка с умным выражением больших темных глаз. Продолговатое туловище Джорджи было установлено на короткие лапы, хвост она держала вертикально земле, отчего он напоминал перископ. Ее голову украшали большие, похожие на лопухи уши, белую пушистую шерсть покрывали редкие рыжие пятна. То ли от того, что ее укачало, то ли от тепла в салоне седана, но постепенно Джорджи успокоилась и, свернувшись на сиденье калачиком, уснула. Эйбел заметила, что свой черный блестящий нос Джорджи прикрыла лапкой.

Въехав во двор, Эйбел увидела Сандру, сидящую на ступеньке крыльца.

— Что случилось, дорогая?

К ее удивлению, Сандра сморщилась, опустила голову на колени и беззвучно заплакала.

— Она не приедет. Она знает, что папа умер, и не собирается приезжать.

— О, Сандра! — искренне жалея девочку, Эйбел присела с ней рядом и обняла ее. Но прошло несколько минут, прежде чем всхлипывания немного утихли.

— Я ненавижу ее! Я просто ненавижу ее! Хочу, чтобы она умерла!

— Я понимаю тебя, Сандра. Сейчас тебе кажется, что ничто не уменьшит боль.

Сандра вытерла лицо рукавом свитера.

— Мы получили только поздравительную открытку. Она в Лас-Вегасе, потому что там будет большая игра…

— Моя мама тоже не приедет на Рождество, — сказала Эйбел. — Они с папой отправляются в Европу кататься на лыжах. Но я не ненавижу их. Мне просто жаль…

— Тетти все равно.

Быстрый переход