Что-то огромное, мохнатое устремилось к куполу из темноты – выпуклые чудовищные глаза с острыми жвалами между ними, распростертые серые крылья, пухлое длинное туловище. Он успел заметить лапы толщиной с человеческое бедро и гибкие двухметровые отростки – или антенны?.. – которые вибрировали над глазами, словно ощупывая воздух. Реакция Охотников была мгновенной: Эри, не вставая, выпалила из разрядника, Крит и Хинган метнули две огненные струи, рассекшие летуна. Опаленные крылья закружились, медленно планируя, голова и часть обугленного тела по инерции врезались в купол. Вспышка, легкий запах гари, световой фонтан, взметнувшийся на мгновение… Он поднялся и поймал падавшее сверху крыло. Оно было удивительно легким, усыпанным маленькими чешуйками.

    – Жаль, я не силен в энтомологии… По-моему, это ночной мотылек – из тех, что летят на свет.

    – Опасный? – спросила Эри, сунув за пояс разрядник.

    – Не знаю, милая. Для человека – нет, а вот для нас… Мы так малы, что даже с комаром не справимся без излучателя.

    – Что такое комар?

    – Мелкое кровососущее насекомое. – Он выпустил крыло бабочки и посмотрел на свой кулак. – Нет, комара мы, пожалуй, пришибем, а муху, овода или кузнечика – сомневаюсь! Не говоря уж о птицах… Не для нас Поверхность, не для нас! Теперь Мадейра, друг мой, я понимаю…

    Они опять уселись, прислонившись к надежному корпусу скафа. Звезды молча перемигивались над ними, чуть ущербный диск луны неторопливо полз к зениту, ветер доносил запахи камня, воды и зелени.

    – Что вы понимаете, Дакар? – спросил блюбразер.

    – Слова магистра, с которым вы меня свели. О том, что есть поверье или мнение, будто наверху таится опасность, неведомая опасность, подстерегающая людей. Кто-то постарался внедрить эту идею – мне кажется, давно – в эпоху заселения подземных куполов. И наш магистр…

    – Он ведь просил не говорить об этой встрече! – с отчаянием простонал Мадейра.

    Крит нахмурился и грозно засопел:

    – Что еще за встреча? И что за магистр? Ну-ка, выкладывай, пасть крысиная! – Поднявшись, Охотник наклонился над Мадейрой и тряхнул его за ворот. – С кем ты свел моего партнера? Говори! Он ведь как вчера из инкубатора, не больше младенца понимает! Его обмануть, как банку «писка» вынюхать!

    – Оставь Мадейру, Крит. Я не младенец, и обмануть меня непросто. Я расскажу! Я не давал магистру слова, что буду хранить молчание, а кроме того… – Он повел рукой, охватывая лежавшее перед ними пространство, и добавил: – Кроме того, эта реальность так поразительна и так опасна, что ничего нельзя скрывать. Сокрытие любой информации есть преступление – ведь мы не знаем, что нам пригодится, что сможет нас спасти. Мы даже не знаем, зачем нас сюда послали… Думаю, не для того, чтобы ловить мифических пришельцев.

    – Верно мыслишь, парень! – рявкнул Хинган, стукнув по колену кулаком. – Ну, так с кем ты встретился? Когда и где?

    – У Мадейры, в тот день, когда вы готовились к походу. Там был человек, одетый в серое и в маске… спонсор-покровитель блюбразеров. Тоже делал так. – Он щелкнул пальцами. – Очень информированная личность! Тот самый кормчий Йорк, наверное… Кстати, вы знаете, кто такой кормчий?

    – Об этом позже! – распорядился Крит.