Договоримся встретиться в исходном пункте через четыре-пять дней.
- Не думаю, что это благоразумно, - запротестовал Лансинг. - Я против того, чтобы оставлять Сандру. И не стоит раздроблять силы.
- Но пока никакая опасность нам не угрожала. Я имею в виду реальную физическую опасность, - сказал Йоргенсон. - Это вполне безопасно. Мэри остается с Сандрой. Остальные производят быструю разведку. Я особо не тешу себя надеждой, что вдруг что-то подвернется. Зачем упускать шанс?
- А может, попробовать нести Сандру? - предложил Юргенс. - Если мы унесем ее подальше от башни, она снова сможет нормально воспринимать мир.
- Возможно, - сказал Лансинг. - Не сомневаюсь, что она не будет сопротивляться. Она сейчас, можно сказать, не в своем уме. И даже если она не станет драться, нам придется ее тащить. Она будет нас задерживать. А край этот недружелюбный. Вода встречается нечасто. Последний ручей был два дня назад.
- Наполним заранее все фляги, - сказал Йоргенсон. - Здесь у нас есть ручей. И напьемся как следует. А потом ситуация с водой улучшится, может быть...
- Да, Йоргенсон прав, - сказала Мэри. - Нельзя бросать Сандру. Я с ней останусь. Опасность нам не грозит. Край здесь совершенно пустынный, никаких животных - кроме Сопуна, пожалуй.
- Я вас тут одних не оставлю, - сказал Лансинг.
- Мы могли бы оставить Юргенса, - предложил Йоргенсон.
- Нет, - сказала Мэри. - Сандра лучше знает меня. Она ко мне всегда обращалась, - она повернулась к Лансингу. - Всем нельзя оставаться. Только зря потратим силы и время. Нужно разведать, что лежит на западе и на севере. Если там ничего стоящего не обнаружится, тогда будем строить другие планы.
- На север не пойду, - сказала Мелисса. - Не пойду, и все.
- Тогда мы с тобой пойдем на запад, - сказал сердито Йоргенсон. - Лансинг и Юргенс - на север. Налегке, быстро. Всего несколько дней - и вернемся назад. К тому времени Сандра может вернуться в себя.
- Я все еще надеюсь, - сказала Мэри, - что она получает какие-то сведения. Слышит что-то, чего не слышит никто больше. Вдруг часть ответа на нашу загадку заключена именно в музыке башни. И только она поймет язык этой музыки.
- Будем держаться одной группой, - настаивал Лансинг. - Нельзя разделяться.
- Вы просто упрямец, - воскликнул Йоргенсон.
- Да, я упрям.
К вечеру Сандра опустилась на колени. Время от времени она судорожными толчками подтаскивала себя ближе и ближе к башне.
- Я боюсь за нее, - сказала Мэри Лансингу.
- И я тоже. Но кажется, с ней все нормально. Она говорит, хотя и мало. Говорит, что должна остаться... Оставьте ей немного воды и еду, и все будет в порядке. Она немного поела сегодня и попила воду.
- А что происходит с ней? Она говорит об этом?
- Нет. Я спросил, но она или не слышала, или не захотела отвечать.
Наверное, не могла объяснить. Очевидно, сама еще не понимает, что происходит.
- Ты уверена, что действительно происходит что-то в ее сознании? Что это не просто восхищение музыкой?
- Не уверена, но думаю, что это не просто восхищение.
- Странно, - сказал он, - что мы никакой информации не можем получить от этой башни. Абсолютно ничего. Как и с кубом. В этом они похожи. Две конструкции. Зачем-то ведь их построили?
- Йоргенсон об этом тоже говорил. |