Как оказалось, кое-что Бапото всё же умел, и следующий его бросок стал для меня неожиданным, да и не только для меня. Жан, ставший мишенью, чудом успел убрать лицо, повернувшись боком, но удар всё равно вышел очень сильным, и из уха парня побежала кровь от лопнувшей барабанной перепонки. Я тут же показал, что берём тайм-аут, на что судья благосклонно кивнул. Медики словно телепортировались к пострадавшему и, когда я подбежал, уже вовсю колдовали над ним, используя какие-то свои техники.

– Извини, мужик, – несмотря на травму и явное сотрясение, кубинец был весел и пытался шутить. – Я его почти поймал, но оказалось, что головой.

– Нормально, – я хотел хлопнуть парня по плечу, но не стал мешать врачам. – Сможет играть?

– По идее не стоило бы, – мужчина в белом халате, тот самый Мастер, с подозрением покосился на Жана и, видя выражение упрямства на его лице, вздохнул. – Сейчас кое-что сделаю и да. Но желательно больше не подставляться.

– Встанет на розыгрыш, – успокоил я медика. – Делайте что нужно. Рисковать мы не будем.

– Разумно, – кивнул Мастер и шустро привёл кубинца в чувство. – И это… постарайся никого не убить. Хорошо ещё бросок у тебя не поставлен, а то могли бы чернокожего не откачать.

– Я постараюсь, – я действительно не хотел никого убивать, даже случайно. – Жертвы нам не нужны.

– Ну и замечательно, – кивнул врач и собрал свои инструменты, подав знак судье. – В норме! Играть может!

– Продолжаем! – Вадим Петрович был сама невозмутимость. – Мяч у «Морского»!

– Держись ближе ко мне, – я махнул рукой Сикорской. – Вполне возможно, что теперь тебя попытаются выбить.

На поле оставалось не так много игроков. У нас пятеро, у «морских» шестеро. Впрочем, я тут же сократил разрыв, перехватив мяч и прицельным мощным броском выбил ещё одного негра. Но на этот раз целился не в голову, всё-таки обещал, а в ноги. Впрочем, результат оказался не хуже, подстреленный нигериец разве что сальто не выполнил, грохнувшись на спину. А я под бешеным взглядом Бапото выбил ещё двоих его сокомандников, на этот раз обычных ребят, не применяя техники и стараясь не навредить. Судя по благодарным взглядам, мой поступок оценили. Да и Сикорская хлопнула по спине, мол, молодец, хороший мальчик.

Так и пошло. Мажор бесился. Это было видно по тому, как он кидал мяч, стараясь во что бы то ни стало выбить Соню, используя все доступные ему силы. Правда перед этим он целился в меня, но я или перехватывал мяч, или с лёгкостью уворачивался. Поняв, что меня не достать, Бапото взялся за Сикорскую, но тут его тоже ждал облом. Я плотно опекал одноклассницу, успевая или убрать её из-под мяча, или опять же перехватывал его. Правда уже не старался выбить оставшихся игроков, бросая чисто формально, лишь бы кинуть. Это очень быстро поняли, всё-таки уже видели, что я могу сделать. И от этого Бапото бесился ещё больше.

– Ублюдок, дерьмо собачье!!! – африканца несло, хорошо ещё его мало кто понимал. – Иди сюда, ты говно, жопа!!!

– Предупреждение за брань на площадке! – судья спокойно достал из кармана жёлтую карточку, и это стало для мажора последней каплей.

Он буквально взорвался, несвязно заорав и кинувшись на меня. Выпученные глаза и летящая во все стороны слюна ясно давали понять, что Бапото в состоянии аффекта и ничего не соображает. Ему уже было плевать на все правила и законы, он хотел уничтожить меня, но… у меня были другие планы. И самое главное, я не собирался его даже пальцем трогать.