— Погодите! Я хочу знать…

Но Ник уже развернулся и зашагал по длинной гравийной дорожке к дому. Далтон заговорил было с Чиком, но тот показал, что не понимает ни слова. Озадаченный преступник остался сидеть на козлах, что-то недовольно бурча под нос и не зная, что делать. Чик тем временем принялся считать минуты до десяти.

Веннер, вместе с бандитами поджидавший сыщиков в доме, услышал шаги Ника на деревянной террасе и поспешил открыть дверь.

— Что это? — опешил он. — А где ваш хозяин? Или вы приехали один?

— Нет, не один, — ответил Ник, проходя в зал. — Панду Синдж ожидает в экипаже.

— В экипаже? Зачем?

— Он боится, что может начаться дождь.

— Он боится дождя? — воскликнул Веннер, подозрительно сузив темные глаза. — Тогда ему, наоборот, не стоило там оставаться.

— Вы не понимаете, — холодно произнес Ник, обводя цепким взглядом помещение.

— Не понимаю?

— Панду Синдж хочет вернуться домой, пока не начался дождь. Он послал меня взглянуть на бриллианты, так как я знаю, что ему нужно. Если мне они понравятся, я схожу за ним и приведу его сюда.

— Вот как! — воскликнул Веннер, которого начали охватывать нехорошие предчувствия.

— Вы покажете мне камни? — спросил Ник. — Панду Синдж не намерен долго ждать.

— Да, конечно, — промолвил Веннер, не меньше Далтона сбитый с толку неожиданным шагом Ника. — Проходите сюда. Я уже приготовил их.

Ник поклонился и пошел за Веннером через зал, по дороге незаметно заглянув в две комнаты. Обе они были ярко освещены, и это указывало на то, что в них никого нет.

Ник понимал, что это ловушка и что он, возможно, рискует жизнью, но не собирался отступать от продуманного заранее плана. Нельзя было допустить, чтобы его и Чика одновременно загнали в угол и, возможно, схватили. Пытаться избежать встречи с бандитами было нельзя — они могли догадаться, что ему кое-что известно, но он предоставил Чику свободу действий на случай своего провала.

Ник также понимал, что только он один способен заставить Веннера и банду раскрыть карты и что при этом может оказаться в их руках. Впрочем, он к этому стремился, так как догадывался, что банда захочет сразу убрать его из дома Веннера, по крайней мере, пока они не захватили Чика. И тогда, рассчитывал Ник, им, скорее всего, придется отвезти его на их бриллиантовый завод, местонахождение которого он таким образом надеялся узнать.

Ради этого Ник и шел на такой огромный риск, одновременно оставляя Чику возможность быстро включиться в дело, если с ним самим что-то произойдет. Однако в доме, кроме Веннера, не было видно никого, и Ник проследовал за ним через зал в одну из комнат в глубине дома, которая, очевидно, использовалась в качестве столовой.

Ник обвел ее взглядом. Электрическая люстра; две двери, одна — та, через которую они вошли из зала, другая вела в неосвещенную кухню; два окна с задернутыми шторами; несколько стульев, красивый буфет и посередине большой квадратный стол, накрытый богатой камчатной скатертью, свисающей чуть ли не до пола. На столе был расстелен кусок черного бархата, а на нем сверкал десяток бриллиантов, самых изумительных камней, рожденных неугомонным гением человека.

Ник угадал их истинную природу, но издал восторженный возглас.

— А! Великолепно!

— Осматривайте, — сказал Веннер, вглядываясь в смуглое лицо Ника. — А я пока отлучусь на минуту, проверю, заперты ли окна и двери. Такие сокровища — лакомая добыча для воров.

— Да, сэр, — отозвался Ник с поклоном.