Аманда почти была в воде, когда из тростников навстречу выскочили трое. В прыжке она взвилась вверх, пропуская под собой копьё, которое должно бы неминуемо её пробить, не будь Аманда так ловка. Эти трое думали, что добыча обессилела, как загнанный олень. Откуда было знать им, что они встретили Аманду! Бой завершился, они победили и думали, что позабавятся над пойманной девчонкой! Это ошибка: Аманду можно убить, но не позабавиться над ней.

Её меч снёс две головы, когда последний понял, что всё не так, как думали они. Он бился сильно, но в нём не было той воли к жизни, что у Аманды. Просто наёмник, просто самец.

В воде она ныряла, чтобы не достали стрелы. Но, всё же получила одну в плечо и на берегу ещё одну в лодыжку. Заползла, как ящерица, за древесный пень и с криком обломала древки, но меч не бросила.

Не помнит она, сколько дней ползла по лесу, сколько пролежала в беспамятстве, пока не встретили её чудные лесные жители. Невысокие и невоинственные, похожие на лохматых подростков. Одетые в подобие травяных мешков, они окружили её молчаливой толпой. Аманда уже решила, что её сейчас добьют, и лишь безмолвно делала руками знаки, прося мира.

Вышел старичок и тихо прошелестел над нею непонятными словами, словно листьями. Умирающая только покачала головой — ей было нечего ответить. Её жгла лихорадка. Тропические черви завелись в глубоких ранах. Она кончалась. Дайте ей немного отдыха, и она будет благодарна.

Умирающую поволокли куда-то на циновках. Она видела склоняющуюся над нею смерть, но отгоняла её неверными руками, шептала ей проклятия, угрожала, просила, билась. Смерть сдалась и отошла.

Аманда вынырнула из предсмертного кошмара, как утопающий выныривает, оторвавшись от ужасной хватки подводных трав. И осталась жить.

Медленно поднималась она. И так же медленно вникала в странные верования своих спасителей. Они верили, что их страна не здесь. Они пришельцы тут. И нисколько не дорожили жизнью. Тем более странно, что они так бережно спасли её от смерти. Они не знают, где их страна. Их образ не настоящий. У них нет слова «я», только «мы». Они не знают, кто они такие. У них нет вождей, только лекари. Они не воюют. Их не найдёт никто, пока они не пожелают. У них нет смерти, только исчезновение и перевоплощение.

Всё это слушала Аманда в дремоте и слабости, лёжа на циновке в дупле громадного баньяна. Кто знает, может, и увидит она однажды настоящий облик своих друзей. Может, и они её узнают. Всё может быть.

Они простились легко. И обновлённая Аманда побежала дальше с бережно сохранённым ей мечом за спиной. Возвращение к жизни было, как песня, как неожиданная встреча с дорогим ей человеком, давно и навеки утерянным. Она видела мир новыми глазами, сквозь подаренную ей жизнь. Мир не был прежним.

Вернувшись на пепелище своей деревни, разорённой Алгивуром, она искала следы пропавших подруг. Кто-то должен выжить.

Глава 22. Амазонки

— Я больше не Урания. Я обесчещена.

Такие слова она услышала от истощённой и потерявшей человеческий образ женщины, найденной в зарослях у реки. Урания жила под гниющим комлем рухнувшего дерева, питалась речными устрицами и улитками. Поникшая, скрытая под массой грязных, спутанных волос, фигура. Её грызли паразиты.

Аманда молча стояла рядом. Что можно сказать, чем утешить? Что предложить как смысл жизни? Ей самой несказанно повезло, она попала к друзьям.

Впервые Аманда столкнулась с неразрешимой проблемой.

— Оставь меня, — сказала Урания. — Мне всего достаточно.

Она ушла, пристыженная. Какие подвиги, какие амазонки?! Просто испуганная женщина в лесу.

— Аманда! Я не верю! Ты?! — так её встретила Кротона, юная амазонка, недавно вышедшая из подросткового возраста.