— Это же на твое имя анализы, не на Ларисино, — покачал головой Гена.

— У нас же инициалы одинаковые! Чего забеспокоился?

— А про Марианну, Геннадий, ты ей рассказал? — Ватсон сокрушенно покачал головой.

— Я же тебя строго-настрого предупредил, туда ни шагу! Тоже мне Мата Хари! — улыбнулся Генка и поморщился от боли. Любые эмоции давались ему с трудом.

— Кто это? — собираясь обидеться, насторожилась Лялька.

— Штирлиц в юбке! — пояснил Генка.

— Нет, я не хочу шпионкой, я как ты… решила стать журналисткой.

Ватсон с иронией посмотрел на девушку:

— Ну как же! Там тебя только и ждут!

Но Лялька ни капельки на него не обижалась. Она уже привыкла к его характеру.

К Гене в больницу девушка ходила почти каждый день, мучая своими вопросами врачей и сестер. С ними она была очень строга, считая, что девчонки-медсестры невнимательны, делают все кое-как.

— Я твою майку, в которой тебя ранили, отстирала. Можно, я ее себе на память оставлю?

Генка с Ватсоном переглянулись.

— Думаю, что тебе, как Макаренко, пора дом для трудновоспитуемой молодежи открывать, — поддел ее Ватсон.

— А тебе — школу юных следопытов, только с усиленной охраной, чтобы твоих подопечных не подстреливали, — умыла его Лялька. — Пока ты ручки сложа сидел, мне с крутой бизнесменкой пришлось еще встретиться.

Ватсон с Геннадием насторожились.

— Это еще с кем? — вырвалось у Генки.

— С Дианой Донской! Слышали про такую? — Лялька гордо вскинула голову. — Она никого не хотела принимать. Сначала опять Ларкой пришлось прикинуться. Потом я все как на духу ей рассказала. И про тебя, Гена. — Она произнесла его имя совершенно другим, незнакомым даже себе самой тоном, в котором слышались уважительные нотки. — И про эту сволочь «Олега», и про Пилюгина. И про Марианну.

— Зачем? — в один голос воскликнули Генка с Ватсоном.

— Вы себе не представляете, какая это женщина! Ей понравилось, как я им всем троим «стрелку» в следственном изоляторе устроила. Ведь под Диану уже тоже копать начали, собирались уголовное дело в связи с отравлениями детей заводить.

Она похвалила меня, сказала, что любит отважных. Помочь обещала. У нее знакомый в ФСБ есть. Он дело к себе переведет.

Журналист с сыщиком переглянулись.

— Неудивительно, такая шикарная женщина! Для нее все что угодно сделать можно! — Лялька, вспомнив Диану, отвлеклась от волнующей ее темы. — Лариска рассказывала, что ей пластическую операцию делали. — Лялька, состроив загадочное лицо, изрекла: — Я тоже, как только Гена поправится, себе сделаю.

Генка аж подскочил на кровати, но от боли вновь поморщился.

— Зачем?

— Как зачем? Нос такой же, как у Дианы, хочу. А потом в черный цвет волосы выкрашу.

Ватсон скорчил гримасу.

— Нет, Гена, мы погорячились, на Мату Хари она не тянет.

— Это почему?

— У той в голове было побольше. — И Ватсон покрутил пальцем около виска. — Можно наконец узнать, чем твой визит к Диане закончился?

— В общем, когда я ей о Виталии рассказала, она попросила меня больше ничего не предпринимать, — продолжила важно девушка.

— Ну-да, ну-да, — многозначительно заметил Гена. — Решила, что ты и в Лондон полететь можешь.

— Запросто, — поддержала его мысль Лялька.