— Здесь подрыться некуда, — пожалела себя Лялька, выдвигая ящики письменного стола, за которым сидел доктор. Она знала, что иногда запасные ключи от комнат держат именно там. Но в ящиках лежали аккуратные папки, скрепки, канцелярские принадлежности и альбомы с марками.

«Доктор филателист!» — впопыхах удивилась девушка. Но времени на размышление у нее уже не оставалось. Омоложенный Крючков должен был вернуться, чтобы стереть запись в компьютере и, если он что-то сделал с доктором, расправиться с Лялькой, как свидетелем его преступления. С такой внешностью его теперь вряд ли кто узнает.

Лялька еще раз обвела взглядом кабинет и со злостью затолкала все ящики обратно. Один из них задел безжизненно повисшую руку доктора, и… из зажатой ладони выпал ключ.

Лялька не поверила своим глазам. В мгновение она оказалась у двери, впихивая ключ в замочную скважину.

— Стоять! — раздался голос за спиной Ляльки.

Она вся подобралась и одним рывком толкнула дверь. В коридор они вылетели вместе. Последней мыслью, мелькнувшей в голове девушки, была та, что два рыжих английских поросенка остались живы.

27

Олег Верников, вернувшийся в свою квартиру после гастролей, не мог найти своего жильца. Аккуратный, приятного вида человек, представившийся ему сотрудником банка, куда-то исчез. Соседи рассказывали о каком-то типе, вечно небритом и пьяном, проживавшем там в последнее время. В квартире было не убрано, пустые бутылки и грязь.

Заплатив за несколько месяцев вперед, работник банка обещал поддерживать порядок и не трогать ничего из вещей артиста.

Сердясь на странного жильца, Олег перерыл содержимое шкафа, но своих костюмов для гастролей ему обнаружить не удалось. Импресарио, ловкий и деятельный человек, успокоил Олега.

— Подберем что-нибудь другое, — пообещал он по телефону. — Главное, что паспорта и визы готовы. Тебя ждет публика в Америке. Билеты на все твои выступления проданы. Завтра вылетаем. Ты прослушал мои сообщения на автоответчике?

— В чем же я буду выступать сегодня вечером? — недоумевал артист.

— Придумаем. Это я беру на себя! — уверил импресарио.

«Все кувырком», — подумал Олег и набрал еще один номер.

— Я завтра снова уезжаю, — грустно сообщил он, — может быть, увидимся вечером?

— Когда? — тихо спросили на другом конце провода.

— После концерта.

— Ну вот опять, — вздохнула трубка.

— Почему же ты замужем, почему? — стараясь создать бодрое настроение самому себе, грустно-ласково пропел Олег.

— Ладно, — совсем не расположенная к веселью, ответила женщина. — Где у тебя выступление? Я подъеду после концерта.

— В КДС, — отозвался он, — но туда не надо.

— Буйные поклонницы, — догадалась она.

— Я запаркуюсь где-нибудь в близлежащих дворах и сбегу от своей охраны. Встретимся, где всегда, — не отвечая на ее вопрос, обрадовался Олег. Он не мог уехать вновь, не повидавшись с любимой.

«Зачем все-таки этому из банка понадобились мои вещи, мой костюм? — выруливая с проспекта на узенькую улочку, недоумевал артист. — Мой жилет, мои сапоги?»

Он запарковался в небольшом тихом дворике, давно им запримеченном.

Импресарио уже ждал его в уборной. Он приволок Олегу костюмы, взятые напрокат.