На его фоне Нова выглядела ещё элегантнее и стремительнее. Но такой же смертоносной. Её серповидные клинки мелькали так, что их едва можно было разглядеть, и то и дело отправлялись в полёт, превращаясь в бумеранги. Правда, в отличие от Сёгуна, она активно пользовалась и своим плазмоганом, чередуя оружие с такой скоростью и лёгкостью, что порой казалось, что у неё больше двух рук.

Я помогал им, в основном контроля их противников — удерживал Захватом, бросал Вакуумные ловушки или Структурную деформацию, чтобы на пару секунд обездвижить или оглушить. Чаще всего больше и не требовалось — арх тут же получал несколько ударов клинком или разряд из плазменной винтовки прямо в голову. Некоторых я добивал Псионным лучом или шмелями, но чаще всего Сёгун и Нова справлялись сами.

Краем глаза я успевал поглядывать ещё и за Завром, сражавшимся чуть правее. Но тот в основном справлялся и без меня — его прикрывал Эй-Джей и Ламия.

Сложнее всего было пережить первый, самый мощный и неожиданный натиск. Архи нас едва не смяли. Но потом самые сильные бойцы Отступников и Лотоса образовали почти замкнутое кольцо, примыкающее к скале, и старались не подпускать архов к репликатору. Те же, что оставались внутри кольца, по мере сил помогали огнём или лечением.

Главное наше преимущество было, конечно, в том, что у нас репликатор был под боком, и погибшие игроки тут же возвращались в строй. Отряд архов же редел на глазах. Но оставались у них сильнейшие, и они продолжали давить, вынуждая нас снова сжимать оборонное кольцо.

— Осторожно! Сверху! — выкрикнул кто-то.

Я взглянул на небо и тут же отвернулся, зажмурившись — высоко над нашими головами ударила нестерпимо яркая вспышка. Поле зрения заволокло цветными пятнами, в уголке замигала иконка дебаффа ослепления. Эффект был довольно долгим, секунд десять, не меньше. Но, кое-как проморгавшись, я успел увидеть приземление Альтаира.

Он рухнул прямо в центр нашего построения. Откуда-то сверху, вертикально, с такой скоростью, будто собирался пробить в земле колодец. В момент его удара о землю жахнула ещё одна вспышка, во все стороны брызнули камни и ошмётки биомассы, покрывающей дно кратера. Взрывная волна была такой силы, что отшвырнула всех игроков в радиусе десятка метров.

Я инстинктивно врубил Нырок в Пустоту. Краски вокруг померкли, я будто бы переместился в чёрно-белую версию локации. Ослепления я чудом избежал, но при взгляде на Альтаира всё же пришлось прищуриться. Даже отсюда, из Пустоты, он выглядел так, будто целиком соткан из яркого света.

Вынырнув, я тут же телепортировался подальше от схватки, снова запрыгнул на вершину каменного столба. Точнее, не совсем каменного, и не совсем столба, но все эти нюансы сейчас отошли на второй план. Кажется, все, кто сейчас был в кратере, были заворожены только одной картиной.

Альтаир

Чемпион Люмена

Игровая подсказка выглядела странно — минимум информации, не указан даже клан и оцениваемый уровень опасности. Только имя и… титул? И они выделены особой золотой рамкой, которой обычно обозначались элитные мобы или боссы.

Что это за чертовщина? Какой ещё, поглоти его Пустота, чемпион Люмена?!

— Привет, Вивиан! — прогремел знакомый голос. — Соскучилась?

О, сколько же было в этом голосе злорадства, издёвки и упоения собственной крутостью! Это точно тот самый Альтаир. Вот только что с ним произошло?

Он был в своих знаменитых доспехах работы Странников — блестящих, как ртуть, украшенных светящимися полосками. Только теперь он будто бы сиял изнутри, и сияние это было ярким, плотным, почти осязаемым. На Альтаира в прямом смысле слова больно было смотреть.