Лицо медика было бесстрастно-профессиональным, и Филипп не мог понять, что тот думает об ее состоянии. Да он и не всматривался — смотрел больше на нее, держал за руку и повторял: «Ничего, скоро уже доедем, потерпи!», пока не понял, что она его уже не слышит…

Глава двадцать четвертая

Больше Амелия до самой больницы так и не пришла в себя.

Двое санитаров положили ее на каталку и увезли. А Филипп остался в приемном покое. Ответил на несколько вопросов медсестры, сидевшей за стойкой: полное имя, возраст, нет ли каких-то хронических заболеваний или аллергии, адрес…

— Она что — правда баронесса?! — спросил итальянец-водитель грузовика. Филипп и не заметил, что он до сих пор стоит рядом.

— Да.

— Дочь барона?!

— Нет, жена. То есть вдова, барон умер в позапрошлом году.

— Пройдите в комнату для ожидающих, — вмешалась сестра за стойкой. — По коридору прямо, потом на первом повороте налево до конца.

— Пошли! — водитель дернул его за рукав.

— Сейчас, я должен позвонить ее отцу.

— Ладно, я там пока посижу. Кстати, меня Джино зовут.

— Филипп.

По телефону Трента ответил незнакомый женский голос. Филипп удивленно переспросил:

— Кристина?! — Обычно трубку брал если не сам миллионер, то его секретарша.

— Это кабинет мистера Трента. Кто его спрашивает? — Нет, голос был определенно незнакомый.

— Филипп Берк.

— Оставьте, пожалуйста, ваш номер — с вами свяжутся.

Номер был выгравирован на стенке кабины. Филипп подумал, что хорошо бы еще у кого-нибудь спросить, в каком он городе находится, когда его собеседница вдруг словно поперхнулась и быстро сказала:

— Подождите минуточку… сейчас… — И тут же, практически без паузы, заговорил сам Трент: — Слушаю, Берк.

— Здравствуйте, мистер Трент. Вы получили мое предыдущее сообщение?

— Да, я только что прилетел с Западного побережья, и мне передали, чтобы я позвонил в Швейцарию насчет дочери. Что с Мелли, что она там опять натворила?!

— Она в больнице. Скорее всего, аппендицит.

— А, ч-черт, вот оно что! Кристы нет — я без нее, как без рук. Она бы меня уже давно разыскала, а эта, новенькая… черт… — Впервые за время их знакомства Трент позволил себе выругаться. — Как ее состояние? Оперировали уже?

— Мы недавно совсем добрались до больницы. Дорога была завалена…

Филипп коротко рассказал о происшедшем — только факты, в том числе и объяснявшие, почему, вопреки мнению Цолля, он все же решился идти к шоссе, не дожидаясь спасателей. В какой-то момент, увидев проходившую мимо женщину, бросил в трубку:

— Минутку! — и обратился к ней: — Мадам, простите, как называется это место?

— Вад-Лоссенская городская больница, — без малейшего удивления ответила она. Он повторил Тренту название.

После первой вспышки эмоций миллионер заговорил в своей обычной манере — лаконично и деловито. Сказал под конец:

— Спасибо. Держите меня в курсе и позвоните, когда закончится операция.

— Никаких новостей нет, — доложил Джино, едва Филипп вошел в комнату для ожидающих.

Он кивнул, сел рядом.

— Да не волнуйтесь, все будет хорошо, — сочувственно сказал итальянец. — Хотя представляю, что бы я чувствовал, если бы моя жена сейчас в таком положении была.