|
Рядом, потупив глаза, стояла татарская девка, дочь князя Алея, отнятая во время прошлогоднего набега на едисанских татар. На девке было красное свадебное платье, смарагдовый венец и монисты чуть не в пуд весом. Разин неукоснительно требовал, чтобы полюбовница ежедневно одевалась невестой, хотя весь Яицк знал, что недавно татарка родила от Разина байстрюченка, которого атаман, отняв от материнской груди, отправил с посыльными в Астрахань к архиепископу, прося воспитать младенца в христианской вере и приложив для того ровным счётом тысячу рублей».
Теперь о том, почему Разин убил пленницу. Исторических мотивов три: жертва, как у Стрейса и Фабрициуса; пьяное сумасбродство, как у Стрейса; недовольство казаков, как у Якушкина («А мы себе атамана выберем настоящаго... атаману под юбкой у девки сидеть не приходится!»). У Пушкина – жертвоприношение в чистом виде:
Не глядит Стенька Разин на царевну, А глядит на матушку на Волгу. Как промолвит грозен Стенька Разин: «Ой ты гой еси, Волга, мать родная! С глупых лет меня ты воспоила, В долгу ночь баюкала, качала, В волновую погоду выносила, За меня ли молодца не дремала, Казаков моих добром наделила. Что ничем тебя ещё мы не дарили». Как вскочил тут грозен Стенька Разин, Подхватил персидскую царевну, В волны бросил красную девицу, Волге матушке ею поклонился.
(Любопытно, что Александр Сергеевич убивает девицу в первом стихотворении цикла, а в третьем как будто бы воскрешает её:
Что не конский топ, не людская молвь, Не труба трубача с поля слышится, А погодушка свищет, гудит, Свищет, гудит, заливается. Зазывает меня, Стеньку Разина, Погулять по морю, по синему: «Молодец удалой, ты разбойник лихой, Ты разбойник лихой, ты разгульный буян, Ты садись на ладьи свои скорые, Распусти паруса полотняные, Побеги по морю по синему. Пригоню тебе три кораблика: На первом корабле красно золото, На втором корабле чисто серебро, На третьем корабле душа девица»).
Евграф Савельев берёт первый и третий мотивы:
На красавицу иную, Что досталася в ясак, Променял он мать родную И обабился, казак.
Казаки кричат, что не время «возиться с бабой». Степан хватает княжну на руки и несёт к борту, та бьётся и кричит:
– Степан!., ты любишь... Ведь я твоя... ханым... твоя...
Разин отвечает («с исступлением»):
– Бери, мать Волга! На, родная, Как дар донского казака. За честь, за славу, за богатство. (Бросает княжну в воду). За всё... за всё... (Хватается за голову).
То же самое у Садовникова:
Позади их слышен ропот: «Нас на бабу променял, Только ночь с ней провожжался, Сам наутро бабой стал». Этот ропот и насмешки Слышит грозный атаман И могучею рукою Обнял персиянки стан. Брови чёрные сошлися, Надвигается гроза. Буйной кровью налилися Атамановы глаза. «Ничего не пожалею, Буйну голову отдам!» – Раздаётся голос властный По окрестным берегам. «Волга, Волга, мать родная, Волга, русская река, Не видала ты подарка От донского казака! Чтобы не было раздора Между вольными людьми, Волга, Волга, мать родная, На, красавицу прими!»
У других авторов мотивы убийства ещё усложняются. |
