– Не, Иван, то грех. Что ты! – чуть не в один голос сказали старики.

– С ей хуже грех! “Грех”... Мы из за её есаула вон потеряли – вот грех то!

– Нет – грех страшенный: травить человека, – стояли на своём старики; особенно расстрига взволновался. – Грех это великий. Лучше так убить.

– Убей так то! – воскликнул есаул. – На словах то вы все храбрые...

– Посмотрим. Домой он её, что ли, повезёт? Там Алёна без нас ей голову открутит...

Есаулы приняли близко к сердцу несчастье своего товарища. Жалко было Фрола. Люто возненавидели красавицу княжну. Только двое из них оставались спокойными, не принимали участия в пустом разговоре: Ларька Тимофеев и Фёдор Сукнин. Эти двое придумали, как избавиться от княжны. Придумал Ларька. Этот казак с голубыми ласковыми глазами любил Степана особой любовью и предан атаману совсем не так, как преданы все, кто идёт за ним, за его удачей... Он не боялся, он любил, и если бы он когда нибудь понял, что атаман совсем сбился с пути истинного, он лучше убил бы его ножом в спину, чем своими глазами видеть, как обожаемый идол поклонился и скоро упадёт. Сегодня утром Ларька открылся Фёдору: он придумал, как умертвить княжну. План был варварски прост и жесток: к княжне разрешалось входить её брату, молодому гордому князьку, и он иногда – редко – заходил. Пусть он войдёт к сестре в шатёр и задушит её подушкой. За это Ларька – клятвенное слово! – сам возьмётся освободить его из неволи. Здесь – Астрахань, здесь легко спрятать князька, а уйдут казаки, воеводы переправят его к отцу. Объяснение простое: князёк отомстил атаману за обиду. У косоглазых так бывает.

Фёдор изумился такой простоте.

– Да задушит ли? Сестра ведь...

– Задушит, я говорил с им. Ночью через толмача говорил... Только боится, что обману, не выручу.

– А выручишь?

– Не знаю. Можа, выручу. Это – потом, надо сперва эту чернявочку задавить. Как думаешь? Надо ведь!..

– Давай, – после некоторого раздумья сказал Фёдор».

Но тут Разин впадает в истерику: «Жалко Фрола? А я вам кто?!. Я атаман или затычка?! Мной помыкать можно?! Собаки!.. Шепчетесь тут?!.» – и сам избавляется от девушки:

«Он сел, опять привалился боком к борту... Коротко глянул на воду, куда без крика ушла молодая княжна... В глазах на миг вскинулась боль и тоска, он отвернулся. Есаулы подошли; кто присел, кто остался стоять. На атамана боялись смотреть. Теперь уж – только боялись: кому то да эта княжна отольётся слезами. Но кто знал, что он так её маханёт? Знай есаулы, чего он задумал, может, и воспротивились бы... Хотя вряд ли. Может, хоть ушли бы на это время. Как то не так надо было, не на глазах же у всех... Было ли это обдумано заранее у Степана – вот так, на глазах у всех, кинуть княжну в воду? Нет, не было, он ночью решил, что княжну отдаст в Астрахани. Но после стычки с есаулами, где он вовсе не пугал, а мог по настоящему хватить кого нибудь, окажись перед ним не такие же ловкие, как он сам, после этой стычки разум его замутился, это был миг, он проходил мимо княжны, его точно обожгло всего – он наклонился, взял её и бросил».

В 1908 году был снят первый игровой фильм в истории российского кинематографа – «Понизовая вольница» («Стенька Разин») режиссёра Владимира Ромашкова. Разин ведёт своё войско на Дон, но, влюблённый в княжну, постоянно задерживается для «гулянок»; есаулы, отчаявшись вразумить атамана, подбрасывают ему письмо о том, что княжна обманывает его с «принцем Хасаном»; Разин топит девушку из ревности. Сценарий фильма «Стенька Разин» писал даже Е. И. Замятин в 1933 году для студии «Вандор филмз»; предполагалось, что играть главную роль будет Шаляпин, но, увы, проект не был реализован.