Когда ребята из медслужбы «Тамерлана» покинули наш корабль, я первым долгом проверил правильность подключения реаниматоров. Необходимости в этом не было никакой, но я все же проверил. Не поверил сам себе, и проверил во второй раз. Когда занялся тем же самым в третий, меня остановила Диана:

— Прекрати психовать, Пит. Техники сразу все правильно сделали. Состояние Крейга и Кэт стабильно.

— Я просто хочу, чтобы с ними все было в порядке, — виновато сказал я.

— Я тоже хочу, чтобы с ними все было в порядке, — ласково ответила Диана. — И контролирую аппаратуру реаниматоров вот уже двадцать минут — с момента их подключения. Малыш в своей каюте, и через пару дней я ему разрешу вставать — если пообещает соблюдать реабилитационный режим.

Что и говорить, на Диану можно положиться.

Через трое суток «Артемиду» посетил инспектор Ливнев со своей группой. Досмотр провели моментально, Ливнев отпустил своих парней, а сам неожиданно напросился в гости. Честно говоря, я очень обрадовался и пригласил его пообедать со мной. Мы прошли в кают-компанию, «жучка» накрыла на стол. Я понимал, что Ливнев остался неспроста. Слишком внимательно он на меня поглядывал.

— Я думаю, вас мучают вопросы, — начал он, когда мы принялись за первое. — Вы мне нравитесь, Пит. И ваши компаньоны нравятся. С одной стороны, я считаю нечестным оставлять вас в неведенье, с другой — рассчитываю на вашу будущую молчаливость относительно некоторых подробностей, которые готов сообщить. Спрашивайте.

Такого начала было более чем достаточно, чтобы меня заинтриговать.

— Начнем с самого простого, — сказал я. — Кто вы на самом деле?

— Я старший инспектор допуска, — ответил Ливнев. — И одновременно офицер ОСБЦ.

Конечно — я мог бы и сам догадаться.

— Что это за секретная операция на Тихой? Почему Объединенная служба безопасности? Кстати, это вы руководили операцией?

— Ну, это уж вы через край! — Ливнев с улыбкой развел руками, в одной из которых была зажата ложка, а в другой — ломтик хлеба. — В иерархии ОСБЦ я всего лишь эксперт по заповедникам А-группы. В том числе и по Тихой. Именно в последнем качестве я и принимал участие в операции. А руководил ею другой человек.

— Случайно, не из Сиднейского института?

— Оттуда, — снова улыбнулся Ливнев.

— Как понимаю, Объединенная безопасность не занимается пустяками — только глобальными угрозами человечеству в целом. Или же тем, что способно в такие угрозы перерасти.

— Совершенно справедливо. Однако чтобы объяснить, что привело ОСБЦ на Тихую, начать мне придется издалека. Вы в курсе, что такое Энергоинформационное Поле Вселенной?

— В общих чертах.

— Фактически это информационная матрица нашего мира. Все процессы видимой Вселенной и она сама — всего лишь отражение процессов и структур ЭПВ. Само Поле не есть что-то раз и навсегда заданное — оно эволюционирует по собственным законам, воздействует на видимую Вселенную и само изменяется в результате обратного воздействия. Наверное, вам известно, что наша Вселенная на девяносто шесть с лишним процентов состоит из темной материи и энергии, а на звезды, планеты и межгалактический газ приходится менее четырех. Предполагается, что такое положение вещей — прямое следствие реальности ЭПВ. Большая часть информации Поля фантомна, стойкие энергоинформационные кластеры там редкость. Предполагается также, что Поле постепенно эволюционирует от неупорядоченного состояния к упорядоченному; в нашем мире в связи с этим наблюдается непрерывное усложнение материальных объектов — от образования атомов и первых звезд до формирования галактик, и далее, вплоть до возникновения жизни.