Передача закончилась. Терри сидела на диване, скрестив руки, краем уха слушала лепет игравшей Елены.

— Не знаю, Терри, — заговорил наконец Ричи. — Не уверен, что получилось то, чего ты хотела.

Он говорил так, будто хотел утешить ее, убедить в том, что в следующий раз непременно получится удачней. Будто не знал, как знала она, что следующего раза не будет.

— Я выступила настолько хорошо, насколько смогла.

— Знаю, Тер. Тон был неверный, в этом все дело. Сидит женщина, которую ты себе представляешь, — вот рядом ее муж, ребенок… Она подумает и не решится снять телефонную трубку. — Ричи безнадежно пожал плечами. — Не стоит ее осуждать. Думаю, немало женщин по собственной воле оказываются в ситуациях, которых — они это прекрасно знают — следует избегать. То есть сами себя ставят в такое положение.

Терри не отвечала. Наконец сказала:

— Поиграю с Еленой. Включи телефон на запись. Может быть, кто-нибудь позвонит.

— Конечно. — Помолчав, Ричи спросил: — Как насчет обеда?

— Я немного устала. Не приготовишь ли макароны с сыром? Елена поможет.

— А может быть, закажем пиццу? Мне еще надо поработать на компьютере.

Терри посмотрела на него:

— Только без перца. Елена не любит.

Когда принесли пиццу, поперчена была только порция Ричи. Ни одного сообщения по телефону не было.

— Очень плохо, — сочувственно проговорил Ричи. — Получилось, как я и предполагал.

Четырьмя часами позже, когда Терри проверила в седьмой раз, записи по-прежнему не было. Ричи уже спал.

Терри, бесшумно раздевшись, облачилась в длинную тенниску. Легла рядом с Ричи, смотрела на циферблат будильника, отсчитывающего ее бессонные минуты.

В час сорок пять она проснулась.

Звонил телефон.

Она вскочила, протянула руку, чтобы схватить трубку, прежде чем Ричи проснется.

— Алло.

В ответ — слабое гудение, голоса не было слышно. Задвигался Ричи.

— Что за черт…

Терри положила руку ему на плечо. Повторила в трубку:

— Алло.

Еще какое-то мгновение слышался только гул, потом женский голос спросил:

— Это Тереза Перальта?

Терри внутренне напряглась.

— Да. Это я.

— Я узнала ваш голос. — Снова пауза. — Извините за поздний звонок. Но я не могла уснуть.

— Как вы узнали мой домашний номер?

— Я вначале позвонила в справочную. — Женщина рассмеялась дребезжащим смехом. — Если бы с третьей попытки не связалась с Беркли — не стала бы звонить.

— Все нормально. — Терри помедлила. — Вы можете назвать себя?

— Да. — Новая пауза. — Меня зовут Марси Линтон.

Мгновение Терри вспоминала:

— Писательница?

— Вы читали меня?

— Да. — Терри почувствовала запоздалое удивление. — В «Нью-йоркере».

— Очень приятно. — Вежливые слова были сказаны искренним тоном — как будто и глухой ночью Марси Линтон было приятно узнать, что незнакомка читала ее рассказы. — А я смотрела вас по телевизору. И была очень тронута.

— Да?

— Да. — Финальная пауза. — Вы обращались именно ко мне.

4

За три дня до предварительного слушания Тереза Перальта во взятом напрокат «форде-эскорте» с шипованной резиной ехала долиной в Скалистых горах — вздымались черные и белые зубцы вершин, поросшие лесом склоны были так круты, что казалось вот-вот опрокинутся на грунтовую дорогу.