— И ответ был тот же самый — больше вы никого не напомнили.

Агилар скрестил руки на груди.

— Да, не запомнил. Эти были знаменитостями.

Пэйджит подошел к нему ближе, игнорируя последнее замечание.

— А вы не помните, — мягко спросил он, — у кого были опущены или подняты шторы?

У Агилара был уже несчастный вид.

— Нет, — пробормотал он. — Я помню только комнату мистера Ренсома.

Пэйджит сказал, как будто его внезапно озарило:

— Потому что вы вспомнили, как смотрели оттуда на Беркли.

Агилар подался вперед, как бы в стремлении ухватиться за подсказку Пэйджита.

— Верно!

— А у вас такая привычка — смотреть на Беркли? Вы всегда смотрите, когда есть возможность?

— Когда я вспоминаю о нем. — Агилар улыбнулся. — Из того дома, где я живу, вид не такой клевый.

Пэйджит улыбнулся в ответ.

— А вы случайно не вспомните, — любезно спросил он, — сколько комнат на десятом этаже и выше с видом на Беркли вы посетили в тот день?

Агилар уставился на него:

— Нет.

— Двенадцать комнат, — равнодушным голосом непререкаемого авторитета произнес Пэйджит. — И три номера люкс. Все с видом на Беркли. Реальные цифры, на ваш взгляд?

Агилар помолчал, уставившись на него обиженным, подозрительным взглядом.

— Может быть.

— У вас был ностальгический день, — заметил Пэйджит.

— Ваша Честь, — выкрикнула Шарп. — Вопрос неправомерен, не по существу.

— Неправомерен, — согласилась судья Мастерс. — Не по существу. Продолжайте, мистер Пэйджит.

Пэйджит отметил про себя, что вид у судьи не рассерженный.

— А вы твердо уверены, — спросил он Агилара, — что окна у мистера Ренсома не были зашторены?

— Да.

— Из-за того, что это одна из пятнадцати комнат с живописным видом на Беркли, в которых вы побывали?

— Нет, — возразил Агилар упрямым голосом. — Из-за мисс Карелли.

— Мисс Карелли, — протянул Пэйджит. — Похоже, она полностью завладела вашим воображением.

Последние три слова были сказаны крайне язвительно. Он заметил, что это не ускользнуло от внимания Кэролайн Мастерс: на ее лице появилась и тут же исчезла легкая улыбка. Но Агилар не уловил издевки.

— Да, — согласился он, — мне она запомнилась.

— А долго вы были в той комнате, мистер Агилар?

— Не могу вспомнить.

— Но вы же привыкли — войти и тут же выйти из комнаты?

— Да. Люди не любят, когда нарушают их уединение.

— И все, что вам нужно было сделать тогда, это поставить ведерко со льдом и два бокала, верно ведь?

— И чтобы мистер Ренсом подписал счет.

— Несложная работа, правильно?

— Можно так сказать.

— И то, что вы говорили мистеру Муру, что пробыли в номере примерно полторы минуты, сейчас у вас протеста не вызывает?

Агилар помолчал.

— Думаю, что так, — буркнул он наконец.

— Значит, ваши сегодняшние показания основаны на каких-то девяноста секундах пребывания в одном из сорока трех номеров, которые вы посетили в тот день. Так?

Агилар упрямо поджал губы.

— Я помню все, что видел.

— И вы уверены, что заметили спокойный и непринужденный вид мисс Карелли?

— Да.