— А посыльный?

— Ах да…

— Кто это был: мужчина, женщина?

— Мужчина.

— Не могли бы вы мне его описать?

— Не знаю… невысокий. Латиноамериканец, по-моему.

Она откинулась на спинку стула.

— Когда вы вошли в комнату, — спросил Монк, — окна были зашторены?

— Кажется, да. — Подумав, Мария добавила: — Да, я точно помню.

— На ягодицах у Ренсома были царапины. Вы не можете сказать, откуда они?

— Конечно, могу. Это когда я отбивалась от него.

— Вы говорили, что у вас руки были сжаты в кулаки, и я что-то не припомню, когда вы его царапали.

Мария вспомнила, как доктор Шелтон проводила пальцем по царапинам на ягодицах Ренсома.

— Не знаю, — устало сказала она. — Может быть, когда я отталкивала его. После выстрела.

Монк кивнул.

— Когда вы отбивались с пистолетом в руке, Ренсом хватался за него?

Шелтон осматривала руки трупа, потом укутала их в пластиковые пакеты…

— Не помню.

— Мисс Карелли, когда пистолет выстрелил, на каком расстоянии от груди Ренсома был ствол?

Она ощупывала рану, пулевое отверстие на рубашке…

— Очень близко.

— Как близко? Ствол касался его?

— Нет. — Мария услышала шуршание магнитофонной ленты. — Дюйма два…

Монк опять подался вперед:

— Ни два, ни три фута?

— Нет.

— Царапины у вас на горле появились после того, как Ренсом ударил вас по лицу?

Она брала пробы из-под ее ногтей, потом из-под его…

— Да.

— А потом он спустил штаны?

— Да.

Монк скрестил руки на груди.

— У него была эрекция?

Она брала мазок с его члена…

— Мисс Карелли?

Катушка магнитофона все крутилась и крутилась.

— Да. — Она потянулась к пустой чашке. Лента по-прежнему перематывалась — медленно, нескончаемо.

— Эрекция. — Голос инспектора наплывал откуда-то издалека. — Что вы можете вспомнить об этом?

— Не знаю. Была эрекция, вот и все. Мне было не до его эрекции, не до ее особенностей.

— После выстрела что вы делали?

— Не знаю… Я была так потрясена.

— Сколько времени прошло до вашего звонка по 911?

Она залезала ему под мышки, щупала кожу…

— Не знаю. Я постаралась позвонить как можно быстрей.

Магнитофонная катушка сделала оборот, другой…

— Вы уходили из номера на какое-то время?

Мария подняла глаза.

— Мисс Карелли?

— Не могли бы вы на минутку выключить магнитофон? Пожалуйста!

— Не имею права, — холодно произнес Монк. — Такова инструкция.

Крутилась катушка, записывая молчание. Мария протянула руку и нажала кнопку. Раздался щелчок.

— Мне нужно встретиться с адвокатом, — сказала она. — Немедленно.

4

Они привели Пэйджита в комнату свидетелей и закрыли за ним дверь, оставив их одних. Вид Марии поразил его.

Свет флюоресцентной лампы безжалостно высвечивал перемены в ее лице, появившиеся после вчерашнего дня: припухшие веки, желтоватая бледность, некоторая одутловатость. Стройное тело ее, ссутулившееся на стуле, лишенное сил, казалось мгновенно состарившимся и слишком худым.