– И как подсчёты?

– Да я только начал.

– И всё-таки, что по предварительному подсчёту?

– После размена слитков на монеты было двадцать семь с половиной тысяч империалов. Тысячу отдали Джоко, хотя он обошёлся бы и сотней. Ещё по тысяче монет Луке и Путимиру. Ну и одна сотня ушла на всё остальное: дом, переезд, взятки. В остатке на балансе двадцать четыре тысячи четыреста империалов. Думаю, опасно при себе такие суммы держать. Может, в банк положить или в дело хорошее пристроить?

– Попробовать пристроить небольшую сумму в дело можно. – Мне эта идея не понравилась. – Вот только куда ни посмотри, везде война. В Штангорде опасно, в Эльмайноре тоже неспокойно. А о западных странах и говорить не приходится: как влезли в войну с Фергоном, так никак из неё выйти не могут. С банками то же самое: сегодня они есть, а завтра герцог всё из них выгребет, и крайнего не найдёшь. Так что давайте золото наше припрячем, чтобы место знали только мы. А при себе оставим тысячу-другую на расходы и этим пока обойдёмся.

– Ладно, – согласился Курбат.

– Кстати, о деньгах, – вмешался Звенислав. – Пламен, ты Джоко, Луке и Путимиру денег много дал. А нашим парням почему долю не выделил?

– А вы смотрите сами. Джоко всю операцию продумал и план продвижения по степи разработал. Бойко Путимир – проводник. А Лука нам помогал очень и сейчас помогает. С ними у меня уговор был на долю, и, как было договорено, я её выделил. Всё честь по чести. Теперь переходим к нашим парням. Запомните, братья, мы трое – родня по крови и клану. А они – наши воины и за службу получают плату. Сколько сейчас наёмники имеют, знаете?

Курбат отрицательно помотал головой, а Звенислав спросил:

– Сколько?

– Средний боец получает один империал в месяц, хороший – два, а элита – от трёх до пяти. Если боевые действия идут, то плата удваивается. В общем, хоть я и не любитель подсчётов, но прикинул, что к чему, и решил выделить на каждого парня по паре империалов. Не считая того, что мы на снаряжение и лошадей здорово потратились. И в дальнейшем ни о какой доле для наших бойцов я слышать не хочу. Тот же Кривой Руг каждому своему бойцу по пятнадцать монет выделил, заработная плата плюс премиальные, и на этом всё. Такую же систему и мы в своём отряде выстроить должны. Как думаете, я прав, браты?

– Прав, – подтвердили оба.

– Тогда переходим к другому вопросу, к безопасности.

– Да, но… – Звенислав пожал плечами, – у нас всё хорошо, сидим за крепкими стенами, никто о нас не знает. Бояться нечего.

– Ты не прав, Звенислав, – возразил Курбат, поворачиваясь к нашему беззаботному весельчаку. – Рахи о нас уже знают и понимают, что не всех приютских детей их воины перебили. Поэтому наверняка вражеская разведка уже ищет нас в Штангорде. Даже если мы не будем суетиться и станем просто тихонько жить, максимум полгода – и они нас вычислят. И вот здесь уже надо серьёзно подумать, как нам защититься. Говори, Пламен, что надумал?

– Ты правильно всё сказал, Курбат, и идеи у меня некоторые есть. Для начала нужно нанять инструкторов для наших бойцов и через них наладить контакт с Городской стражей. Пусть отслеживают всё, что в нашу сторону будет направлено. Это вроде как первая линия обороны, – усмехнулся я.