— Он же был совсем маленький, — прошептала я. — Обычный маленький мальчик.

Хотя, если верить списку, который я не выпускала из рук, не такой уж обычный. У Коди были способности к пирокинезу, что бы это ни значило. А теперь мальчик погиб. Мама увидела тело, поняла, где его искать, но так и не смогла определить убийцу, не разглядела ни момента похищения, ни момента смерти. Она не успела спасти ребенка, и теперь я знала, почему.

Кисслер закрыл ей глаза, однако в ауре колдовская слепота проявилась только здесь, в родном городе убийцы. Почему я не всполошилась раньше? Почему не разглядела опасность?

— Найди бабушкину фотографию, Дилан! — повторила я, не сводя глаз со списка.

За что Кисслер убивает людей со сверхъестественными способностями? А если он прикончит маму или бабушку? Или меня?

Я огляделась. Судя по всему, у меня в руках список тех, с кем Кисслер уже расправился, тут уже ничего не поделаешь. А вот на кого он нацелился сейчас? Догадка маячила где-то рядом, но все время ускользала, как только я пыталась поймать ее за хвост.

В ярости я рванула дверцы стоящего в углу шкафа. Не обращая внимания на бумаги, подписанные именами мамы и Коди, я нырнула в самую глубину и чуть не задохнулась, прочитав название лежащей там папки. Как я могла быть такой слепой?

— Нашел, — сообщил Дилан.

Я не ответила.

Как же я позволила себе забыть, что щупальца стертого постоянно преследовали Трейси? Как же не вспомнила, увидев ее рядом с Кисслером, что его аура охотится за ней? Так вот почему мне все время казалось, что я что-то упускаю.

Ты видишь только то, что хочешь видеть.

Сколько раз мне это повторяли? Я не замечала, что Трейси в опасности, потому что не желала этого замечать. Мне не хотелось видеть ее в роли жертвы — роли, в которую она меня загоняла без малейшего сомнения.

Ты видишь только то, что хочешь видеть.

Дилан зашел мне за спину и внимательно наблюдал, как открываю папку с именем Трейси.

— Что такое сирена? — спросил он.

— Мифологическое существо с чарующим голосом, — ответила я, поспешно просматривая страницу за страницей. — Сирены завлекали мужчин своим дивным пением и доводили их до смерти. Те просто не могли сопротивляться.

Дилан недоуменно глядел на меня.

— Ну, соображай, соображай, — поторопила я. — Что, если современные сирены вовсе не собираются доводить свою жертву до смерти? Эй! — Я легонько постучала его по голове. — Пленяют человека пением. Молодого человека. Привязывают к себе. Ни о чем не напоминает?

— Трейси! — наконец-то догадался он.

Я кивнула и, захлопнув папку, показала ему написанное на обложке имя.

Ты видишь только то, что хочешь видеть.

— Лисси! — крикнул кто-то от входной двери.

От неожиданности я подскочила чуть ли не на метр, впрочем, тут же узнала голос и отозвалась:

— Мы тут!

Зачем, ну зачем Кисслер убивает людей с необычными способностями? За что он нас так ненавидит?

Хотя я сама не раз говорила, что ненавижу свой собственный дар. Нет, сейчас не время для подобных мыслей.

Я выскочила из комнаты, полной ужасов и смерти, пробежала по коридору и, наткнувшись на Одру, выпалила:

— Ну, нашли что-нибудь?

— Кисслер действительно констатировал смерть, — ответила она. — Пациентку звали Линда Джонс, она лежала в психиатрическом отделении. Пожилая и немного чокнутая.

Услышав имя из списка, я пристально поглядела на подругу.

— Дай я сама догадаюсь. Ей казалось, что у нее есть магические способности?

Одра кивнула.

— И знаешь, я должна тебя предупредить...

— Линда не была чокнутой, — тихо сказала я.