— Остается уточнить, о какой именно показухе идет речь, — перебил он, оглядывая ее с ног до головы и насмешливо улыбаясь.

Лук вздрогнула. Она поняла, что стоит почти голая. Маленький лифчик и трусики, в общем-то, не меняли дела.

— Надо достать комбинезон, — смущенно пробормотала она, поворачиваясь к машине. И вдруг ощутила у себя на плечах его ладони. Они тянули ее вниз.

Она лежала неподвижно и глядела ему в глаза.

Он освободил от лифчика ее грудь. Она посмотрела на себя, потом снова на него, возбуждаясь от контраста между своей белой кожей и его загорелыми руками.

— Прекратите! — тихо сказала она, чувствуя, как лихорадка начинает в ней свою предательскую работу.

Его глаза будто излучали свет. Казалось, что она лежит под огромным микроскопом. Теперь все ее скрытые мысли, все тайные желания были как на ладони.

— Вы же не хотите, чтобы я прекратил, — ответил он. Сильные пальцы стиснули ее грудь, и острая боль вырвала ее из оцепенения.

— Нет, ты прекратишь!.. — отчаянно выкрикнула она, вцепившись ему в грудь под расстегнутой рубашкой. — Я заставлю тебя прекратить! Я тебя в клочья изорву! — вопила она, пытаясь выскользнуть от него.

Но едва коснувшись его прохладной мягкой кожи, она ощутила, как силы сопротивления стремительно ее покидают. Лихорадка одолевала. Его руки отнимали у нее власть над собой. В глазах закипали слезы. Бесполезно. Ничего нельзя сделать. Она никогда не могла ничего сделать.

— Я прошу тебя! Я прошу!.. — молила она. Немного погодя Лук поняла, что с самого начала он имел на это право. Никогда прежде она не встречала мужчины, который смог бы так потрясти все ее существо, так наполнить жизнью каждый потайной уголок ее тела и души.

Закрыв глаза, она неслась через дремучие леса. И где бы она ни была, она знала, что зверь затаился поблизости, зверь стережет ее… Мелькая в кустах, черно-желтое полосатое тело неумолимо настигало… Она стремительно бежала вверх, карабкалась по скалам, усиленно и загнанно дыша. И вот она на высоте, на самой вершине горы. Зверь бросается на нее, и она готова к этому прыжку. Соединившись в объятиях смерти, они стремительно падают вниз…

— Тигр, тигр, тигр!.. — тихо простонала она.

Чезарио постучал. Ответа не последовало.

— Здесь никого нет, — Лук толкнула дверь и вошла. Он последовал за ней.

— И что теперь?

— Ждать, — коротко ответила она.

Внутри стоял обшарпанный стол и несколько ветхих стульев. Он придвинул к ней один из них. Она села. Он зажег две сигареты и одну протянул ей. Она взяла, не проронив ни слова.

— Вы не слишком разговорчивы! — заметил он.

— Что говорить? Вы добились своего.

— Но ведь это было? Или нет?

— Теперь это не имеет значения. Потому что никогда не повторится.

— Вы всегда так уверены во всем? Кто может наверное знать, что будет завтра?

— Завтра у меня будет достаточно денег, чтобы купить «феррари», — проговорила она бесцветным голосом. — И мы с вами больше никогда не увидимся.

— И это предел желаний? Автомобиль? — он коротко рассмеялся. — «Феррари» может многое. Но он не может любить вас.

— Вам ли говорить о любви? — Лук горько усмехнулась. — Сколько женщин слышали от вас подобное? Десять? Двадцать? Сто? Может, больше?

В его лице ничего не изменилось.

— Мужчина может жить в разных местах, не называя их при этом своим домом.

Послышался шум подъехавшего автомобиля. Лук поднялась и направилась к двери. У выхода обернулась и коротко взглянула на него.