Тим Пауэрс. Сторож брата моего
Посвящается моей жене Серене Выражаю благодарность о. Алоизиусу Эшлиману, Джону Берлину, Дэйву Батлеру, Джой Фриман, Расселу Галену, Стиву Малку, о. Джерому Молоки, Элеоноре Бург Николсон, Серене Пауэрс, Стиву Роману, Джо Стефко и Тони Вайскопфу
Пролог 1830 год
На середине крутого заросшего травой склона сидели и отдыхали трое детей. Полдень минул не так давно, и небо было совершенно ясным, но холодный весенний ветер срывал с губ облачка пара, и две девочки старательно кутались в шерстяные кофты. Они находились в тени возвышавшегося в тридцати футах дальше по склону внушительного каменного образования, известного в округе под названием Понден-кирк; выветренные, исчерченные бороздками блоки, из которых оно складывалось, больше всего напоминали две стопки гигантских окаменевших книг. Его вершина равнялась с западным плато, и там, наверху, на фоне пустого голубого неба виднелись несколько голых ветвей деревьев. Мальчик сдвинул кепку на затылок. — Все точно так, как я видел во сне, — заверил он сестер. Они совершили утомительный трехмильный переход от дома через несколько гряд холмов. Им пришлось идти по овечьим тропкам, перелезать через сложенные насухую каменные ограды, пересекать напрямик широкие луга цветущего вереска и наперстянки, перепрыгивать с одного плоского камня на другой через бурлящие воды Дин-бека, и на протяжении последней мили эта прямоугольная скала была для них ориентиром на безликом горизонте. Более рослая из двух девочек сняла соломенную шляпку, откинула назад растрепанные темные волосы и прищурилась, разглядывая двадцатифутовый каменный монумент. — Мы что, полезем на нее? Ведь можно подняться на вершину по северной тропинке, по старому фундаменту. — Ей было всего двенадцать лет, но она много раз уходила по вересковым пустошам гораздо дальше и часто в одиночку. Ее брат Брэнуэлл, годом старше, удивленно уставился на сестру. — По фундаменту? — Его непокорные морковно-рыжие волосы беспорядочными завитками выбивались из-под твидовой кепки. — Ты имеешь в виду тот старый разрушенный фермерский дом? — Есть и поближе — из плоских камней. Он развалился, его не заметишь в траве, пока не наступишь. Младшая сестра хихикнула. — Эмили воображает, что там был пиктский храм. Эмили криво улыбнулась Энн и покачала головой. — Этот фундамент, наверное, римский. Скажи, а мальчик, который тебе приснился, был похож на римлянина? — Может, и был, — ответил Брэнуэлл. — Но скорее на цыгана. Нет, туда мы не полезем. — Он указал на северную сторону основания сооружения. — Нам туда, в пещеру фейри, она в нижнем углу. — Я вовсе не хочу замуж, — сказала на это Эмили. Согласно местному поверью, любая девушка, которая пролезет в пещерку через узкую щель между камнями, непременно выйдет замуж в течение года. Энн просто поджала коленки, натянула подол юбки до самых ботинок и, широко раскрыв глаза, посмотрела вокруг из-под надвинутой на самый лоб вязаной шерстяной шапочки. — С детьми это не работает, — нетерпеливо сказал Брэнуэлл. — И сомневаюсь, что это вообще работает. Нет, это… — Он замялся. — Смуглый мальчик говорил совсем не об этом. Несколько секунд тишину нарушал лишь ветерок, посвистывавший между камнями Понден-кирк. — Во сне, — сказала наконец Эмили. — То, о чем он говорил, случается только в наших романах, — важно заявила Энн. Все трое ребят, а также их старшая сестра Шарлотта уже несколько лет сочиняли романы о жизни в вымышленной стране, которую они называли Стеклянным городом, и у них не раз уже бывало, что для развития сюжета приходилось воскрешать того или иного персонажа, убитого в каком-то недавнем приключении. |
