— Ты, верно, говоришь о ком-то другом. Может быть, о себе? — усмехнулся граф. Он громко рассмеялся. — Ладно, Красавчик. Я расцениваю это как вызов и принимаю его. Посмотрим, кто победит!

Граф легко вскочил в коляску. Лакей уже закрыл за ним дверь, как вдруг Анри обернулся и сказал:

— Спокойно ночи, Красавчик. Я буду считать минуты до встречи с ней.

Его слова прозвучали вызывающе. Напоследок он широко улыбнулся. Коляска тронулась и покатила прочь. А герцог, нахмурившись, пошел в дом.

Как он и предполагал, Фелиция ждала его в гостиной. Она уже сняла накидку и сидела на диване. Увидев герцога, девушка бросилась ему навстречу.

— Пожалуйста… пожалуйста, — просила она, — давайте не поедем… на обед к вашему другу. Он мне не нравится, я боюсь его.

С этими словами она умоляюще протянула руки к герцогу, но он спокойно отошел к камину и облокотился на каминную доску.

— Я хочу поздравить тебя, Фелиция, — сказал он. — Я видел, как тебе было страшно, но при этом ты держалась великолепно. Фелиция, ты достойно справилась с первым большим испытанием.

Девушка медленно подошла к нему.

— Я очень боялась, когда граф заговаривал со мной.

— Чего же ты боялась? — спросил герцог. — Я понимаю, что было страшно, когда отец бил тебя, но ведь граф не сделал ничего плохого, он и в мыслях не держал обидеть тебя.

Фелиция помолчала, а потом тихо сказала:

— Но он мог прикоснуться ко мне.

— Что же в этом плохого и страшного? — удивился герцог. — Ты ему понравилась, естественно, он хочет выразить свои чувства, говорить тебе комплименты, быть обходительным.

— Но он напугал меня, — настаивала Фелиция. — У меня бешено колотилось сердце, я думала, оно вот-вот выскочит из груди. Я хотела что-то сказать, но слова просто застряли в горле.

— Но граф даже не догадался об этом, — подхватил Дарлингтон. — Ты сумела скрыть свои чувства, а значит, одержала своего рода победу.

— Мне не нравится, как он смотрит на меня.

— Он просто-напросто восхищается тобой, — возразил герцог. — Граф считает тебя очень красивой. Граф даже сказал мне, что ты одна из самых красивых женщин, которых он когда-либо встречал в жизни. Анри немногих удостаивал подобной похвалы. А уж он, поверь мне, прекрасно разбирается в женской красоте.

Фелиция ничего на это не ответила. Герцог подождал и вдруг воскликнул:

— Боже правый! Это уж слишком! Да любая женщина посчитала бы за счастье познакомиться с графом, тем более понравиться ему. Граф красив, он прекрасный спортсмен и порядочный человек. Кроме того, Анри очень богат и знатен. О таком муже можно только мечтать.

Герцог пытался убедить Фелицию, что граф д'Авлон вполне приятный человек, он и не думал, что его неосторожное замечание о графе, как о лучшей партии, произведет на девушку такое сильное впечатление.

Фелиция смертельно побледнела.

— Неужели вы хотите сказать, что граф женится на мне? — вскричала она в ужасе.

— В этом нет ничего удивительного или предосудительного. У графа вполне может возникнуть такое желание, — ответил герцог. — Скажу больше, возможно, не один граф д'Авлон захочет взять тебя в жены.

— Я уже говорила вам, что никогда в жизни не выйду ни за кого замуж. Никогда… никогда… никогда! — Фелиция была сама не своя. В ее голосе звучали истерические нотки, которые герцогу раньше слышать не доводилось.

Он с удивлением взглянул на девушку. Глаза ее наполнились слезами, сверкающими как алмазы в отблеске горящих свечей.