Он двинулся на поиски Тая Оберена и Эрриса Крюера. Они должны договориться о том, что делать дальше. Но его лейтенантов невозможно было найти в этой толпе солдат, возвращающихся с поля. Он сам оказался в этом потоке, который принес его к высотам, где располагались основные силы Свободнорожденных. Именно здесь вновь прибывших разделили — здоровых направили в лагерь, а раненых забрали на лечение. Пид брел в этой толпе, гадая, что заставило его обнять Трун, чего командующие офицеры не позволяли себе с солдатами вне зависимости от того, какие отношения были между ними. На самом деле его беспокоило не само это действие, а эмоции, которые оно вызвало. Он еще с детства знал Трун, но его никогда к ней не тянуло. Она была следопытом в его отряде Дворцовой Стражи, той, на кого он всегда мог положиться. Она была другом детства, тем, кого он был рад видеть рядом и кто заставлял его улыбаться.

Однако всего минуту назад он почувствовал, что она может быть кем–то еще.

Он заставил свои мысли вернуться к другим делам и пошел дальше.

* * *

Менее часа спустя, когда Пид пристегивал свое оружие, он услышал, как кто–то произнес его имя. У него было достаточно времени, чтобы найти свой командный пункт, связаться с Таем Обереном и Эррисом Крюером, ополоснуться тазом теплой воды и переодеться в чистую одежду. Он поднял глаза и увидел могучего дворфа с длинными черными волосами и бородой, заплетенной в три косы — одна у подбородка и по одной под ушами. Вокруг него стояли другие примерно такого же размера, но не с таким колоритным видом; эти мужчины с тяжелым взором были вооружены самыми разнообразными клинками, а их лица и руки были испещрены шрамами. Никто из них не улыбался, за исключением их лидера, но зато его широкой улыбки хватило на всех.

— Капитан Зандерлинг! — прогромыхал он своим низким и звучным голосом, в котором чувствовался прирожденный оратор. — Я  Ваден  Вик, капитан. Рад, что  вы  прорвались. Мы ожидали вашего появления с тех пор, как эльфийский следопыт сообщил нам о вашем прибытии. Наслышан о вашем успехе против Федерации три дня назад. Это было впечатляюще. Другие бы просто продолжили бежать.

— Я подумывал об этом, — произнес Пид. Он протянул руку дворфу для рукопожатия.

— Сомневаюсь. На вас это не похоже. — Ваден Вик потеребил бороду под правым ухом, бросая взгляды на эльфийский лагерь, замечая все своими острыми глазами. — Нам нужно многое обсудить. Может, начнем прямо сейчас?

Он повел Пида вдоль укреплений Свободнорожденных к южному краю восточного плато, по пути обмениваясь приветствиями с солдатами, которые казались расслабленными и ничем не озабоченными. У него была способность сбрасывать с себя бремя руководства, когда он оказывался среди тех людей, которыми командовал, придавая уверенности всем, мимо кого проходил.

Но когда они остановились у сторожевой башни, которую спешно освободили для них, он резко изменился.

— Капитан, у нас есть проблема, и для ее решения нам понадобится ваша помощь. — Он посмотрел на Преккендорран, туда, где линии Федерации виднелись темными полосами на южном горизонте, огибая лагерь Свободнорожденных с запада и востока, как змея. — Мы здесь в ловушке, окружены со всех сторон, кроме одной, в которую мы совсем не желаем идти. Мы не можем позволить этому продолжаться. Тот большой воздушный корабль, который сжег в небе Келлена Элессдила и весь его флот, вчера поднимался в воздух; это был пробный полет за тылами армии Федерации, однако было ясно, что это была и проверка его готовности. Еще день, может быть, два, и они направятся на нас. Когда это произойдет, с нами будет покончено.

Он взглянул на Пида:

— Мы должны найти способ остановить этот воздушный корабль. Вы сражались с ним и знаете его лучше любого из нас. Вы повредили его, иначе он наделал бы гораздо больше бед, чем уничтожение эльфийского флота.