— Ты думала, что видела меня в последний раз? — спросила Иридия таким же бескровным голосом, как и ее лицо. — Ты считала, что я исчезла из Паранора и ваших друидских схем?

Шейди смотрела на нее, не зная, о чем именно она думала, но точно не об этом.

— Ты выгнала меня из Паранора, — продолжала Иридия своим безжизненным монотонным голосом. — Ты отказала мне в возможности отомстить человеку, обидевшему меня. Ты отобрала мою силу. Ты лишила меня моей гордости. Поэтому я пришла сюда, чтобы предложить свои услуги тому, кто гораздо лучше их оценит.

Шейди оглянулась на Премьер-Министра. Тот пожал плечами:

— Теперь она мой личный советник. Ее помощь для меня неоценима. Я надеюсь, ты не собираешься лишить меня этой помощи из ревности или ошибочного понимания предыдущих договоренностей.

Она скривила гримасу:

— Прошу Вас, Премьер-Министр, не пытайтесь выглядеть так глупо. Меня не волнует, кому Вы оказываете свое доверие. Даже  ей. Она  говорит  правду. Она была изгнана, потому что не смогла сдержать свою клятву служить ордену. Ее не примут обратно, даже если она будет умолять вернуться. И, естественно, у меня нет намерений возвращать ее силой. Но Вам стоит задуматься о ее неспособности служить одному хозяину и спросить себя, какова вероятность, что она будет хорошо служить другому.

— Думаю, мне лучше судить о том, насколько хорошо человек мне служит, Шейди, — пожал плечами Сен Дансидан. — В конце концов, я был достаточно умен, чтобы заключить с тобой союз, не так ли?

— Союз, который, кажется, больше не нужен, учитывая то, что я знаю о вашем нынешнем положении.

Премьер-Министр вернулся к своему дивану и снова сел, едва скрывая на своем серьезном лице удовольствие, которое, как ей показалось, он испытывал от ее дискомфорта. Шейди хотелось расцарапать это лицо своими ногтями, однако она решила посмотреть сначала, куда все это заведет.

— Наш союз по–прежнему имеет значение, — сказал он, приглашая ее присесть. Она осталась стоять. — Как я сказал, я действовал на Преккендорране потому, что представилась такая возможность. Однако война не окончена, и мне все еще нужна твоя поддержка. И поддержка ордена друидов. Если я хочу успешно закончить эту войну со Свободнорожденными, то должен нажать на север и запад, чтобы вынудить их прийти к такому решению. А этого сделать я не могу, по крайней мере, без молчаливой поддержки друидов. К тому же, я знаю, что тебе тоже нужна моя поддержка. У тебя нет других союзов. Дворфы, эльфы, тролли и жители Приграничья — все отказывают тебе в преданности и верности, которые тебе так нужны. Они до сих пор не приняли тебя в качестве Ард Рис. А если уж на то пошло, то и в самом ордене не все приняли тебя.

Она ничего не сказала, придерживая свой норов, не показала ничего из того, что она чувствовала. Когда придет время, она раздавит его, как букашку — если предположить, что Иридия позволит ему прожить так долго. Шейди была уверена, что колдунья использовала его в своих собственных целях и продолжит это делать, пока у нее будет такая необходимость.

— Я не говорю, что ты не найдешь способ справиться с этими смутьянами, Шейди, — продолжил Премьер-Министр. — Но ты должна согласиться, что все станет гораздо легче для тебя, если мы сохраним наш союз, а не разорвем его. И, конечно же, так все будет и для меня гораздо легче.

— Особенно, если Ваша армия потерпит еще одно поражение, как то, что ей нанесли в проходах на севере Преккендоррана два дня назад. — Она улыбнулась. — Сколько людей вы потеряли? Больше тысячи? От рук горстки ошарашенных эльфов, которых вы согнали с высот?

Она насладилась изумлением, которое появилось на его лице и которое он безуспешно пытался скрыть.