— Прощение? Оно  уже  у  тебя  есть. Я же сказала тебе, что, рассказав мне правду, ты получил мой прощение. Я не хочу тебе мстить. Я не причиню тебе вреда, когда стану свободна. У тебя есть мое слово!

Его странное, иссохшее лицо скрючилось еще сильнее, а желтые глаза заблестели:

— Твое прощение являлось платой за мою правду. Тот уговор выполнен. А этот договор новый, Грайанна из тюрьмы Стракена—Владыки. Если я освобожу тебя — из этой камеры и от этого ошейника, — то взамен ты должна дать мне то, что мне нужно.

Она уставилась на него, внезапно осознав, что он до сих пор не раскрыл причины своего возвращения. Прийти ей на помощь не являлось тем, что этот мелкий болотный улк делает по доброте душевной. Он покинул ее, бросил, как бесполезную для него вещь, когда она отказалась идти с ним туда, куда он хотел — и он был прав, учитывая то, где она в итоге оказалась. И он потерял свой шанс снова стать Ловцом у Тэла Риверайна, эта потеря оставила его бездомным скитальцем. Он вернулся из-за надежды, что она сможет что–то для него сделать.

— Я ничего не могу тебе предложить, — сказала Грайанна ему. — Не в моих силах дать тебе что–либо.

— О, стракен, ты себя недооцениваешь. Ты именно та, которая может мне помочь, и именно по этой причине я тебе помогу. Услуга  за  услугу. Мне  многого  не  надо. Я не хочу ничего больше того, чего ты хочешь для самой себя. Свободы. Из  этой  тюрьмы  и  из  этого  мира. Я хочу, чтобы ты забрала меня с собой.

Забери  меня  с  собой. Она  посмотрела  на  него. Забрать его из Запрета, вот что он имел в виду. Взять его с собой в ее собственный мир. По собственной воле освободить существо, которое было заперто здесь Волшебным миром задолго до появления человечества.

— Ты хочешь отправиться со мной? — спросила она его, все еще не веря, что правильно поняла его. — Ты хочешь покинуть Запрет и вернуться вместе со мной в мой мир?

Он облизнул свои губы и энергично закивал:

— Когда ты найдешь способ освободиться отсюда, ты должна также освободить и меня. Я знаю, что тебя перенесли сюда против твоей воли. Я понимаю, что ты оказалась в ловушке. Но я видел, что ты можешь делать. Я думаю, что ты знаешь путь назад — или, если и не знаешь, то обязательно его найдешь. Я видел, какая ты находчивая, ты гораздо умнее любого другого стракена, которого я когда–либо встречал. Ты даже можешь сравниться с самим Тэлом Риверайном!

— Я ни с кем не могу сравниться, — ответила она. — Я не знаю, смогу ли помочь тебе. И не знаю, должна ли.

Он ощетинился на ее слова, отойдя от двери камеры и зашипев на нее, как змея:

— Тогда я не понимаю, зачем трачу свое время! Я не знаю, зачем вообще пришел сюда! Ты предпочитаешь остаться в этой камере, а не сбежать обратно в свой мир? Ты предпочитаешь умереть здесь? Лучше так, чем помогать кому–то вроде меня? Ты именно это сказала? Что я не стою твоих усилий, что не заслуживаю твоей помощи?

Он сплюнул в ее сторону:

— Тогда освобождай себя сама!

Он развернулся и стал уходить. Она призвала все свои силы, чтобы удержаться от того, чтобы позвать его, чтобы умолять вернуться к ней. Ведь если он считал, что нужен ей больше, чем она нужна ему, то она окажется в его власти, а такую цену она не могла себе позволить заплатить.

Когда он прошел уже полпути по залу, то обернулся с искаженным от ярости лицом:

— Я вернулся за тобой! — прокричал он так громко, что она аж подпрыгнула. — Я рисковал всем, чтобы вернуться за тобой! Я пришел спасти тебя, а ты теперь не поможешь мне? Я прошу тебя, стракен, всего об одной малой вещи! Одной крошечной вещи!

Он поспешил обратно по залу, всхлипывая и подрагивая плечами.