Она резко выдохнула, четко и ясно сознавая, что необходимо сделать. Она прекрасно поняла сложившееся положение. Если Грайанна Омсфорд и этот мальчишка должны вернуться тем же путем, каким и ушли, значит они должны оказаться в этой самой комнате, в которой она сейчас и стояла. Это давало ей определенное преимущество, которым она намеревалась воспользоваться.

Шейди повернулась к своим союзникам. Если они и были шокированы услышанным, то уже успели восстановить свое душевное равновесие.

У Пайсона Венса был хитрый, осторожный взгляд. Траунт Роуэн с каменным лицом и бесстрастными глазами лишь подтвердил ее мнение о нем.

Она удивила их:

— Что сделано, то сделано, — спокойно произнесла она. — Это была как ваша вина, так и моя. Я ведь руковожу всем этим, поэтому должна нести ответственность за любую неудачу. Мне следовало принять более тщательные меры предосторожности до того, как отправиться на юг в Аришейг. Я сожалею, но не стоит теперь на этом зацикливаться. Лучше подумаем над тем, что нам сделать, чтобы это компенсировать.

Она направилась к окну и взмахом руки позвала их присоединиться к ней. С некоторой неуверенностью они так и поступили. Ни один из них не был убежден, что в своей душе она на самом деле изменилась.

— Мальчишка находится внутри Запрета в поисках своей тетки. Возможно, он найдет ее, если они оба сумеют достаточно долго оставаться в живых. Он даже, наверное, сможет вернуть ее обратно, пройдя через стену Запрета при помощи какой–то магии, которую дает ему тот посох. Я не думаю, что это возможно или вероятно, но не хочу допустить ошибку.

Она говорила шепотом, так что они были вынуждены пригнуться, чтобы услышать ее. Она говорила так, будто опасалась, что ее кто–нибудь подслушает. Честно говоря, она просто хотела, чтобы они считали, будто она им доверяет. Что, в каком–то смысле, так и было. Она просто делала это не по тем причинам, о которых думали они.

— Мы знаем, что магия посоха доставит их в эти покои. Мы должны будем дождаться, когда это произойдет. Более того, мы должны найти способ сделать так, чтобы они оказались беспомощными. Даже если нас самих здесь не будет, чтобы их схватить, мы должны убедиться, что они окажутся в клетке и лишатся своей силы. Мы не должны дать им ни малейшего шанса воспользоваться своей магией — особенно, Грайанне Омсфорд. Они должны быть безоружными.

— Шейди, по твоим словам это так легко, — усмехнулся Пайсон Венс. — Как будто с нашими возможностями легко разоружить друида с силой Грайанны Омсфорд. Но это не так, да? Наш единственный и лучший шанс — застать ее врасплох, чтобы она была уязвима. Второго раза она нам не предоставит. Она вихрем прорвется через эти двери и сметет всех нас!

Шейди жалостливо улыбнулась ему:

— Какой драматизм, Пайсон. Можно подумать, что она пугает тебя. Ты боишься ее?

— Мы оба четко представляем себе, что она, вероятно, сделает с нами, если у нее появится такой шанс, — за него ответил Траунт Роуэн. — Как, должно быть, и ты.

Шейди в ответ быстро замотала головой:

— Я не уважаю никого, кто, как она, злоупотребляет своей властью. Не уважаю никого с таким прошлым, как у нее. Она — животное, и  я  увижу  ее  униженной  в  клетке.

— Храбрые  слова, Шейди. — Он не выглядел убежденным. — Как ты намерена придать им веса?

Она пожала плечами:

— Мы создадим триатину, — сказала она.

Впервые за этот день, она увидела, как в их глазах отразилось согласие.