— Если бы ты обращалась с ним как следовало, он не пришел бы ко мне в поисках чего-то получше! — кричала теперь сестра героини программы. За этой тирадой последовал долгий писк, когда он закончился, аудитория выдала дружное «Оооо!»

— Это она, — произнесла мама, а её старшая дочь на экране в это время смеялась над какой-то шуткой того парня в наушниках. — Ты только посмотри. Это же Кассандра.

— Знаю.

— Ты только посмотри, — тихо повторила мама, и опустилась на колени перед телевизором, её лицо было, наверное, в дюйме от экрана. Кэсс снова отбросила волосы с лица, затем намотала одну прядь на палец, и я увидела, как дрожит мамин подбородок. — Боже мой. Боже мой…

Мама коснулась рукой экрана рядом с головой Кэсс. Сестра слегка улыбнулась.

— Мам, — позвала я, чувствуя свою вину за то, что она видит это, за то, что я вижу её, такую беспомощную, застывшую на коленях перед телевизором.

Лицо сестры исчезло, на экране появилась счастливая улыбка ведущего.

— Далее в программе: старшая сестра Джуди и Тамары, хранящая секреты об одном из своих мужей, поделится ими с нами, в этой студии! Не переключайтесь!

Началась реклама мятной жвачки, но мама всё еще стояла, приложив ладонь к экрану, как будто всё еще видела Кэсс перед собой.

— С ней всё хорошо, — бормотала она, и я не была уверена, что мама обращается ко мне, — она жива. С ней всё в порядке.

Наконец она поднялась и повернулась ко мне, вытирая глаза.

— Я просто… Я так счастлива, что с ней всё хорошо.

Мы досмотрели передачу до конца, снова и снова пытаясь поймать взгляд Кэсс, но она ни разу не взглянула в камеру. Третья сестра, та, что собиралась поделиться секретами, накинулась на одну из двух других, и на сцену выскочил Адам, оттаскивая их друг от друга. На мамином лице был написан ужас, когда она следила за дракой, но, даже несмотря на то, что подобные сцены были, пожалуй, основной частью «Скандалов Ламонта», у меня появилось предчувствие, что у нас дома эта передача отныне будет включаться регулярно.

Когда отец вернулся с работы, мама рассказала ему обо всём. Он устало кивнул, затем прошел в кабинет и закрыл за собой дверь. Мама смотрела ему вслед, затем пошла на кухню и, подняв телефонную трубку, стала набирать какой-то номер.

— Здравствуйте, я смотрела вашу программу сегодня, — сказала она официальным голосом, когда на том конце кто-то ответил. — Эээ… Что? О, да, она была очень хорошей. Захватывающей. Но я звоню, чтобы связаться с одним из ваших работников… Что? Да, конечно, я понимаю, но не могли бы вы передать ей кое-что, пожалуйста? Это, хм, важно.

Отец вышел из кабинета и остановился в дверях, наблюдая за мамой. Я вспомнила все буклеты из Йеля, лежащие на полке в его шкафу, и попыталась представить, что он чувствовал, узнав о том, что его старшая дочь работает на ужасном ток-шоу, делающем рейтинги на скандалах и драках в студии.

— Её зовут Кассандра О`Корин, — сказала мама, и я услышала, как дрогнул её голос. Отец внимательно смотрел на неё, а я затаила дыхание. Перед моими глазами стояла она, приложившая руку к лицу Кэсс на экране. — Если вы можете, передайте ей, пожалуйста, что её семья любит её и очень по ней скучает. Спасибо.

* * *

После проведенного вместе вечера, я ожидала, что Роджерсон покажется на следующей игре, или на вечеринке, или просто подъедет к моему дому, медленно, чтобы я успела узнать его машину и спуститься вниз. Но он ничего этого не сделал.