В течение первых шести часов со времени появления Странника в сейсмической зоне, окружающей Тихий океан, происходили страшные землетрясения, которые достигли даже северных берегов Средиземного моря. Земля растрескалась, города превращались в развалины. Вулканы дымились и плевались огнем. Толчки, среди которых было очень много подводных, происходили в таких удаленных друг от друга местах, как Аляска и Антарктида. Цунами словно гигантские кулаки великанов опускались на прибрежные районы. Гибли сотни тысяч людей.

Несмотря на это, существовало много районов, даже вблизи от моря, в которых о разрушениях знали только по слухам, заголовкам в газетах или же из выпусков известий, услышанных по радио, до тех пор, однако, пока Странник своим появлением на горизонте, не забил помехами весь эфир.

Ричард Хиллэри спал почти всю дорогу от Беркса, он совсем не помнил Ридинга и только сейчас, когда автобус переехал через Темзу неподалеку от Мейденхеда, он начал просыпаться. Он попытался убедить себя, что устал не столько от ночной прогулки (он был отличным пешеходом), сколько от литературных тирад Дэя Дэвиса.

Приближался полдень и уже были видны темные очертания закопченного Лондона. Ричард отодвинул занавеску и начал грустно размышлять о пагубных последствиях чрезмерного развития промышленности, перенаселения и урбанизации.

— Вы многое потеряли, приятель, — произнес вступительную фразу неизвестный мужчина в котелке, садясь рядом с ним.

Ричард без вежливости, хотя и без энтузиазма, поинтересовался, что такое случилось, и незнакомец в ответ начал охотно излагать краткий ход событий. Вечером во всем мире произошли многочисленные землетрясения — какой‑то сейсмолог сосчитал пики на ленте прибора и воскликнул: «Невероятно!»— в результат которых есть многочисленные жертвы и разрушения. Возникла угроза гигантских приливов у берегов Великобритании и уже были предупреждены рыбаки и владельцы парусных судов. Началась эвакуация населения из некоторых низкорасположенных приморских местностей. Некоторые ученые, наверное, для того, чтобы вызвать сенсацию или панику, предсказали цунами, которые обрушатся на берега Англии, однако власти решительно возразили против сильно преувеличенных домыслов.

В этом всеобщем возбуждении уже никто, по крайней мере, не говорил об огромной американской летающей тарелке. Однако, чтобы не остаться позади, Советский Союз выразил бурные протесты против таинственного, но тем не менее все же успешно отбитого, нападения на его бесценную лунную базу.

Ричард не впервые заметил, что телекоммуникационная промышленность, которой бахвалится наше столетие, прежде всего нагоняет на правительства и государства смертельный страх, а потом уже вызывает смертельную тоску.

Однако этим открытием он не поделился со своим соседом. Но когда автобус замедлил ход, проезжая через Бренфорд, Ричард отвернулся к окну и начал наблюдать за городком более внимательно, и мгновенно был вознагражден бытовой сценкой, которую вполне можно было бы назвать «гонкой водопроводчиков». Он насчитал три маленьких автомобильчика с эмблемами водопроводной фирмы и пятерку бегущих мужчин с сумками для инструментов и трубными ключами в руках. При мысли о внезапных пищеварительных проблемах сразу у всего, пусть даже небольшого города у него невольно появилась улыбка.

Автобус остановился возле рынка, недалеко от устья Брента. Тут в автобус сели две женщины — одна из них говорила другой:

— Да, я как раз звонила маме в Кью. Она ужасно взволнована и говорит, что у нее залит весь газон.

Потом произошло что‑то совершенно неожиданное — коричневая вода из городской канализации начала выливаться на улицы и такого же цвета жидкость хлынула из ворот некоторых домов широким потоком, затопляя тротуары.

Ричард с ужасом смотрел на это, испытывая искреннее отвращение: где‑то в подсознании зрело убеждение, что это больные от переедания дома выделяют — совершенно независимо от людей — все, что они не смогли переварить.