– Мне бы не хотелось утонуть сегодня, мистер Агат, – твердо сказала Клевер.

Он захлопал глазами, очнулся и поднял, наконец, чайник, остановив поток.

– Пить этот чай можно без всякого вреда. Правда, ромашка не каждому по вкусу, – мистер Агат заткнул носик чайника пробкой и вернулся к укладыванию вещей, шлепая по чайным лужам. – Философы утверждают, что диковины проскальзывают сквозь щели в наших снах и так проникают в наш реальный мир. Ах, конечно, была еще и теория вашей матушки, что диковины – это части головоломки или, так сказать, ступеньки лестницы, которая, если сложить их в правильном порядке, может возвысить нас и избавить от страданий, даже от смерти! Совершенно ненаучно, если хотите знать мое мнение. С другой стороны, Ньютон установил, что покоящееся тело имеет тенденцию оставаться в состоянии покоя…

– Вы сказали «моей матушки»?

Профессор ударил ногой по ножке стола.

– Видите, нужно приложить изрядную силу, чтобы заставить его двигаться. Но что, если есть на свете стол, который не имеет тенденции оставаться в покое? В Бангладеш, представьте, имеется именно такой стол – он танцует по комнате, кружа свою скатерть…

– Но вы сказали…

– Диковины просто-напросто подчиняются другим законам, этакие капризы природы. Я, видите ли, работаю сейчас над поправками к законам Ньютона, над законом аномальной физики для…

– Аарон Томас Агат! – крикнула Клевер.

– А? Что?

– Вы знали мою маму?

Подняв голову от ящика, мистер Агат посмотрел на нее. Пыль припорошила ему нос, а одна пара очков соскользнула и висела на уровне рта.

– А как же! Мы все хорошо ее знали. Точнее, знали настолько, насколько можно узнать в переписке. Она была прекрасным руководителем. Я до сих пор храню ее письма, где-то они у меня…

– Руководителем… Чего… И когда? – потрясенная Клевер сжала кулаки.

Мистер Агат ласково положил ей руку на плечо.

– Клевер, ваша матушка была не рядовым членом. Минивер основала наше Общество. Минивер Элкин первой разослала письма другим собирателям, призвав объединиться для того, чтобы отыскивать и классифицировать диковины, а также разработать правила обращения с ними и правильного их использования. Чем были диковины до Минивер? Слухами, байками о том, что однажды видел чей-то пьяный кузен. Теперь мы имеем проверенные коллекции вроде этой и множество исследователей по всему миру, посвятивших себя их изучению. Она вывела диковины из мрака к свету современной науки. Именно благодаря ей я и сам начал собирать свою коллекцию. Мы все старались на нее равняться, но куда там, ведь она была… ну, она была Минивер.

Мистер Агат смущенно поднял глаза на Клевер.

– А что же ваш отец, разве он не рассказывал вам об этом? – тихо спросил он.

– Он ничего мне не рассказал. Совсем ничего.

Мистер Агат обеспокоенно заломил руки.

– Возможно, он хотел вас оградить. Мы потеряли его из виду сразу после пожара. Он оставил свою практику и сбежал на край света. Подозреваю, что он был сломлен гибелью жены.

Колени Клевер подкосились, и она прислонилась к печатному станку.

– Ваша матушка… – наклонившись к ней, мистер Агат невесомо тронул девочку за плечо. – О, она собиралась изменить этот мир. Кто-то может сказать, что ее сгубило честолюбие, что она подлетела слишком близко к солнцу, фигурально выражаясь. Но мы, те, кто знал ее, мы верим, что у нее могло бы все получиться. Она нас вдохновляла.

Этот странный человек говорил правду – Клевер видела это по его глазам. На сердце у нее потеплело. Оказывается, хотя она сама этого не осознавала, гордость за то, что она – дочь Минивер Элкин, была очень важна для нее.