Он умолк и улыбнулся мне с видом превосходства и всезнания. Он был уверен в том, что прав. Я знал, что он не так уж далек от истины.

Мы больше ничего не говорили. Наконец наверху громыхнула защелка на двери, раздались шаги и негромкие голоса.

— Придется дать ему шанс, — произнесла Ли.

— У меня есть лишний экземпляр «Золотого Храма», могу дать тебе почитать, — ответила ей Слим.

— Здорово.

— Занесу его как-нибудь.

Тут они вошли в комнату. Ли, одетая как и прежде, несла мои кроссовки, рубашку Расти и коричневый бумажный пакет с завернутым верхом.

Слим выглядела освеженной, в руках у нее ничего не было. На ней были вещи, которые, скорее всего, принадлежали Ли: свободная белая футболка, красные шорты, белые носки с широкой резинкой и белые же кроссовки. Футболка полностью скрывала шорты, но была достаточно тонкой, чтобы сквозь нее можно было определить их цвет. Я также заметил места, где были закреплены бинты, а также тот факт, что на ней больше не было верха от купальника.

Ее купальник и обрезанные джинсы, должно быть, находились в пакете, который держала Ли.

Видимо, у Ли не нашлось бюстгальтера подходящего размера.

Осознав, что пялюсь на грудь Слим, я торопливо перевел взгляд на Ли.

— Ну что, как все прошло?

— Думаю, выживет. Но так как она отказывается идти к врачу, придется обойтись без наложения швов.

— Эти порезы не такие уж страшные, — сказала Слим.

— Они и не такие уж мелкие, — возразила Ли. Она бросила кроссовки на пол рядом со мной, подошла к дивану и отдала рубашку Расти. После этого устроилась рядом с ним, откинулась на подушки и закинула ноги на кофейный столик, вздохнув с облегчением.

Застегивая пуговицы, Расти повернул голову и взглянул на нее.

Его жизнь вновь наполнилась смыслом.

Ли глянула на него и улыбнулась, затем обратилась к нам всем:

— Пол в кухне, наверное, уже высох. Если кто-нибудь хочет Колы, или чего-то еще — не стесняйтесь. Я лично с места не сдвинусь. Так что угощайтесь.

Все промолчали.

Слим прошла мимо меня. От нее шел странный приятный аромат, смесь лимона и маршмэллоу. Сквозь ткань футболки на спине просматривалось восемь или десять полосок бинта. Подойдя к плетеному креслу у торшера, она села с прямой спиной на краешек сиденья и сложила руки на коленях.

Посмотрев на Слим, а потом на меня, Ли спросила:

— Так что, вы все устроили для сегодняшнего вечера?

Слим не рассказала ей про собаку?

— Не уверен, — ответил я.

— Мы все еще придумываем объяснение, — добавил Расти, бросая на Слим растерянный взгляд.

Она слегка пожала плечами.

Расти перевел взгляд со Слим обратно на распростертое расслабленное тело Ли.

— Какие мысли? — спросил он ее.

— Ничего замечательного. Думаю, вам лучше придумать что-то самим.

Посмотрев на меня, Расти предположил:

— Я могу попросить родителей разрешить переночевать у тебя. Твои родители по-прежнему отправляются спать в десять?

— Примерно.

— Ну, тогда мы просто дождемся, когда они уснут, и потихоньку выберемся.

— Не уверен, что это хорошая идея, — сказал я.

— Да ладно, все получится. Раньше же получалось.

Я мог бы убить его за то, что он сказал это при Ли.

Она посмотрела на меня, приподняв бровь, с изумленным и заинтересованным видом.

— Мы не делали ничего особенного, — принялся оправдываться я.

— Да ладно, не беспокойся. Я не стану никому рассказывать.

— Я знаю.

— Но я хотела бы как-нибудь об этом послушать.