Я решил, что не стану играть роль гонца, принесшего дурную весть, сказал им «до свидания» и вручил карточки с номером своего сотового.

— Эй, а я видел вас по телевизору, — сказал Алонзо, указывая кивком на висевший на стене плоский экран. — Вы, блин, оказывается, крутой парень. После вас, думаю, наступит моя очередь.

— Благодарю за комплимент, Алонзо. Заботься о себе…

— Обязательно позабочусь. Когда мне дадут миллион долларов.

Я кивнул, присовокупил к стаканчику кофе еще один пончик из стоявшей на столике коробки, после чего, снаряженный таким образом, выскочил из студии, предоставив Алонзо дожидаться миллиона долларов, который пока что никто не собирался ему ссужать.

Усевшись в лимузин, я назвал водителю место, куда ехать, и тот сообщил, что уже получил указание возить меня, куда мне вздумается. Мы подкатили к моему дому двадцать минут восьмого, и я почти минуту обозревал свое домовладение из окна, прежде чем набрался мужества выбраться из машины и войти в него.

Отперев ключом главную дверь, я сразу же наступил ботинком на лежавшие на полу конверты пришедших в мое отсутствие писем, которые почтальон бросал в предназначенную для этого щель в дверной створке. Ни дождь, ни снег, ни даже желтая полицейская лента, огибавшая мое жилище по периметру, не могли послужить препятствием для выполнения им своего профессионального долга. Наскоро просмотрев почту, я обнаружил два заказных отправления с новыми кредитными карточками, выписанными на мое имя. Я засунул конверты с кредитными карточками в задний карман брюк, а остальные оставил на прежнем месте у двери.

Следы, оставшиеся после исследования места преступления, всюду присутствовали в моем жилище. В частности, остатки черного порошка, применяющегося для локализации отпечатков пальцев, виднелись почти на всех горизонтальных и вертикальных поверхностях. Также на полу повсюду валялись использованные резиновые перчатки и упаковки от разнообразных химических и медицинских препаратов. Не приходилось сомневаться, что работавшим здесь судмедэкспертам и техническим сотрудникам было совершенно наплевать на человека, которому предстояло вернуться сюда, после того, как они покинут эти стены.

С минуту поколебавшись, я пересек коридор и направился к себе в спальню. Там стоял запах плесени, показавшийся мне даже сильнее, нежели в тот день, когда мы с Рейчел обнаружили труп Анджелы, что, признаться, меня удивило. Моя кровать, включая каркас, ножки и пружинный матрас, отсутствовала, из чего я сделал вывод, что она отправлена в полицию для проведения анализов или в отдел хранения доказательств.

Остановившись у двери, я некоторое время разглядывал место, где раньше находилась моя постель. Я хотел бы сказать, что в этот момент мое сердце пронзила скорбь по безвременно ушедшей Анджеле Кук, но ничего подобного не произошло. Должно быть, я уже пережил стадию острого восприятия действительности, или организм воздвиг защитную стену вокруг моего сознания, не позволявшую мне слишком углубляться в такие вещи. Поэтому я, глядя на царивший вокруг беспорядок, думал только об одном: удастся ли мне при таких условиях быстро продать дом. Больше всего мне хотелось как можно скорее унести отсюда ноги.

Я быстрым шагом подошел к гардеробу, вспомнив написанную когда-то мной статью о частной компании, предлагавшей свои услуги по очистке помещения, где имело место самоубийство или убийство. Тогда мне это показалось забавным, но сейчас я подумал, что это, очень может быть, вполне процветающий серьезный бизнес, и решил, выкопав статью из архива, позвонить несколько позже этим ребятам. Возможно, они даже предложат мне скидку.

Я достал с верхней полки гардероба большой чемодан, поставил на пол и открыл. На меня сразу же повеяло затхлостью, поскольку я не пользовался им с того дня, как въехал в этот дом, а с тех пор уже минуло десять лет.