— Не-а! — Лайне возмущенно-презрительно сморщила носик. Не удержалась и добавила с гордостью и вызовом. — На Громе!

За спиной слабо ахнула баронесса, зашелестела юбками, — кажется, намереваясь рухнуть в обморок. Да что там баронесса, сам Конан охнул тоже почти что и непритворно — Гром был не просто лошадью. Огромный боевой жеребец черной масти и нрава презлющего, специально тренированный под Конана и обученный драться с пешими и конными врагами не хуже иного легионера. Такие боевые кони признают лишь одного хозяина, всех остальных заранее переводя в разряд врагов. Еще в какой-то степени он согласен был терпеть присутствие рядом Черных Драконов, но более — никого. Стексу, одному из дюжины конановских охранников, приходилось выполнять при Громе обязанности конюха — местные слуги приближаться к бешеной скотине не рисковали, и были правы.

— Ну и — как? Понравилось? — спросил Конан осторожно, проводя между тем быстрый поверхностный осмотр дочери на предмет обнаружения откушенных конечностей. Да нет, вряд ли, руки-ноги вроде на месте, синяков и открытых переломов не наблюдается… да и не стала бы она так лазать и прыгать, имея свежую и серьезную травму. Может быть — привирает? Хотя раньше за ней подобного не замечалось.

— Не-а… — Лайне машинально потерла седалище, поморщилась. — Спина слишком широкая! Усидеть толком невозможно — ног не хватает! На Рыжей куда удобнее.

Конан облегченно перевел дух — похоже, реквизиция его персонального жеребца в ближайшие дни ему все-таки не грозит. И Лайне еще какое-то время походит с неоткушенными ушами. Непонятно, правда, почему сегодня Гром ограничился лишь тем, что просто сбросил вредную пигалицу со своей огромной спины — обычно он подобным миролюбием не отличается. Но — радует. С Рыжей же ничего подобного можно не опасаться — она кобылка смирная, очень добрая и совсем невысокая.

Но — всё-таки не пони.

Для обеих сестёр это обстоятельство оказалось крайне важным…

Рыжая кобылка была обещана Атенаис как подарок к приближающемуся дню ее рождения. Большая лошадь для большой девочки. Давая это обещание, Конан и не подозревал, что надолго обеспечивает себе изрядную нервотрепку. Уж лучше бы было сразу подарить — на принадлежащие сестре вещи Лайне никогда не покушалась, демонстративно их не замечая. Но в том-то и дело, что Рыжая пока что Атенаис вроде как бы и не принадлежала…

— Я почти два сраных колокола каталась! По всему сраному двору! И рысью, и даже сраным галопом, вот!

Ну, это она, допустим, привирает — не настолько широк внутризамковый двор, чтобы скакать по нему галопом. Но проблема тут даже в другом…

— Иллайния?! Как можно?! Ваше величество, объясните ей, что воспитанной девочке её возраста не подобает…

Точно — проблема.

Отправлять её с прочими женщинами просто опасно — если уж даже Ингрис с ней не справляется, что говорить об остальных. Придется, похоже, брать с собой… Нергал, не к ночи будь помянут! Наверное, ее и вообще не стоило брать в эту поездку. Какой там «товар лицом» — такой товар умные купцы лицом никому заранее не показывают. Пока не связали будущего покупателя по рукам и ногам и полученные от него деньги не припрятали понадежней! Знакомить этого сорванца с потенциальными женихами и их родителями — значит, заранее похоронить любую надежду на выгодный брак.

Теперь вот — приглядывай, таскай с собой повсюду, как привязанную к седлу собачонку, на Аорха перед собой сажай — не на пони же ей весь день трястись?.. И как бы теперь так извернуться, чтобы не выглядело это капитуляцией?.