Мужчина приложил палец к розовым губкам, вынуждая девушку замолчать.

— Не волнуйся за меня… Ты должна научиться принимать судьбу такой, какая она есть в действительности, и не гадать о будущем.

— Мой отец тоже упрекал меня, что я волнуюсь по пустякам, — пробормотала Ребекка, осторожно целуя его палец и улыбаясь.

— Он был мудрым человеком, — одобрительно произнес шайен, вставая с ложа. Одевшись, он пригладил длинные блестящие волосы.

— Как долго тебя не будет? — поинтересовалась она, поднявшись вслед за ним.

— Все зависит от того, как пойдут дела, — серьезно ответил Храбрый Орел. Подойдя к специальному стеллажу в углу типи, он выбрал револьвер, предварительно проверив наличие патронов в обойме.

— Объясни, — не поняла девушка его уклончивого ответа.

Отложив оружие в сторону, вождь притянул ее к себе.

— Ты должна научиться не задавать столько вопросов и свыкнуться с мыслью — все, что я делаю, просто необходимо. Моя любимая женщина, я могущественный вождь, в моем подчинении много сильных и опытных воинов. Все сделанное нами не может быть сделано лучше… Пока меня не будет, постарайся отдохнуть.

— Конечно, ты не позволишь мне поехать с тобой?

— Задуманное нами требует особой подготовки и умения. На это способны только воины, — отрезал вождь и заткнул оружие за пояс. Кроме этого оружия он прихватил еще один револьвер.

Когда шайен вышел из типи, Бекки последовала за ним и остановилась среди других женщин, провожавших воинов в поход.

Рядом стояла Водопад. Они сжали руки друг другу, наблюдая, как индейцы рисуют магические знаки на боках своих лошадей.

Воины окружили общий костер и принялись совершать ритуальный танец. Ребекка ничуть не удивилась, заметив среди них Свистящего Лося и его друзей. Мальчики выглядели так же грозно, как и взрослые, отправлявшиеся в опасный путь.

— Наша хитрость и сноровка в сочетании с мастерством поможет нам вернуть лошадей! — закричал Храбрый Орел, останавливаясь. — Садитесь на коней и поедем, возьмем то, что принадлежит нам по праву.

Не успели они взяться за поводья, как раздался стук копыт приближающихся всадников. Несколько воинов с оружием наперевес бросились узнать, в чем дело, но тут же опустили ружья: индейцы кроу вели неоседланных лошадей к коралю шайенов. Храбрый Орел, стоя бок о бок с Отважным Ястребом, ждал, пока могущественный вождь противника, сопровождаемый вооруженными соплеменниками, приблизится к ним.

— Ты привел наших мустангов? — спросил шайен у Смеющегося Оленя.

— Да, — гулким басом отозвался тот. — Они оказались перемешаны с нашими. Мы отделили ваших.

— Вы поступили правильно, — осторожно произнес Храбрый Орел, не доверяя кроу, которые уже неоднократно воровали коней у шайенов.

— Я должен знать, каким образом наши лошади смешались с вашими, важно сказал Смеющийся Олень. — Сначала их там не было, потом, словно по волшебству, появились.

— Это дело рук белых бандитов, которые, выкрав наших мустангов, привели их в ваши корали, желая направить нас по ложному следу, — объяснил вождь шайенов, скрещивая руки на мощной груди. — Я должен знать одно: почему вы привели наших коней. Ведь в прежние времена такое не случалось.

— Наши победы заключались в самой краже, вернее, в ее успехе. А в том, что кто-то похитил мустангов и пригнал к нам, особой доблести нет, — угрюмо проворчал Смеющийся Олень. — Кто сможет поклясться, что на следующую ночь, когда небо станет цвета вороного крыла, мы не придем и не украдем ваших прекрасных мустангов?

Храбрый Орел стиснул зубы и сердито прищурился.