Взяв винтовку, вождь направился к выходу из типи.

Бекки, остановившись, посмотрела на свои ноги.

— Мои туфли, — требовательно заявила она. — Мне нужно их взять… Они там, на одеяле, где я спала.

— Ерунда, — буркнул Храбрый Орел, направляясь в дальний угол жилища. Взяв пару мокасин, он вручил их девушке. — Это принесла Водопад специально для вас. Так что примите подарок от нее.

Бекки широко открыла глаза, беря мягкую обувь.

— Специально для меня? — переспросила она, пораженная щедростью индианки.

— Она очень редко видит бледнолицых, — объяснил вождь, улыбаясь при виде растерявшейся пленницы, которая примеряла удобные мокасины. — А рядом с белой женщиной ей вообще не приходилось бывать. Вы очень понравились Водопад. Эта обувь — дар ее щедрого и доброго сердца.

— Будет ли у меня возможность отблагодарить ее? — поинтересовалась мисс Вич, притопывая и находя индейские мокасины крайне удобными.

— Она ушла с другими женщинами собирать коренья и травы, — деловито произнес мужчина. — Но вы скоро увидите ее и сможете сказать Водопад свое «спасибо».

— Значит, я увижу ее вновь? — настороженно переспросила Бекки. — Когда? Где? Как?

— Не могу сказать, — неопределенно буркнул Храбрый Орел, приподнимая шкуру, прикрывающую вход. — Идем! Лошади готовы. — Он кивнул Свистящему Лосю. — Наха, пойди и приведи коней.

Мальчик бросился выполнять приказ вождя.

Бекки вышла следом за мужчиной. Казалось, никто в деревне не обращает внимания на ее отъезд. Похоже, кроме Храброго Орла и Водопад, ни один житель селения не поинтересовался участью бледнолицей женщины.

Мисс Вич вздрогнула, когда индеец резко повернулся и возвратился в типи. Тут же появился Свистящий Лось, ведя в поводу трех скакунов. Остановившись рядом с уже бывшей пленницей, он молча поджидал отца.

Бекки не находила себе места, понимая, что стала объектом всеобщего внимания — изо всех жилищ на нее внимательно смотрели глаза шайенов. Она явно ошибалась, считая, что отъезд останется незамеченным. Женщины и дети молча стояли у дверей своих типи, наблюдая за сборами отъезжающих.

Наконец, Храбрый Орел вышел из своего дома и приблизился к Ребекке, держа на вытянутых руках великолепно расшитое индейское одеяло. Она вопросительно взглянула на него. Ни слова не говоря, вождь вручил ей этот подарок, а затем приказал сыну отдать Бекки поводья красивого крапчатого мустанга. Та кивком головы выразила свою признательность Свистящему Лосю и взяла лошадь под уздцы.

— Конь и одеяло теперь принадлежат вам. Они являются своеобразной платой за ваше пленение, — очень серьезно пояснил индеец.

— Что?! — едва не задохнувшись от изумления, переспросила девушка, не веря услышанному.

— Это правда. Они ваши, — подтвердил шайен, поворачиваясь и беря под уздцы своего великолепного гнедого жеребца. — Седло также принадлежит вам. Оно сделает ваше путешествие к соплеменникам более удобным.

Мисс Вич поразилась его щедрости, но, вспомнив, какие неудобства принес ей плен, решила: компенсация, полученная за причиненное беспокойство, совсем не плоха. Если подумать, то она приобрела гораздо больше, нежели лошадь под седлом и одеяло. Всегда важно получить новые знания, а Бекки имела возможность лучше узнать индейскую культуру, ознакомиться с бытом и, вдобавок, полюбить красивого и мужественного вождя шайенов. Воспоминания о нескольких днях, проведенных в плену, навсегда останутся в ее сердце.

Свистящий Лось ловко вскочил в седло и подъехал поближе к отцу.