Цезарь молчал. Проклятие! Хотя ему совсем не хотелось это признавать, в рассуждениях импа был резон.

Он был так обеспокоен постоянными нападениями Морганы на Анну, что совершенно упустил из виду вероятность того, что эта тварь может скрыться в своей цитадели. И если королева переберется в Авалон, то достать ее будет невозможно, а вот сама она, как правильно заметил Трои, в любое время сможет нанести неожиданный удар. И Анна никогда не будет в безопасности.

— Вампир, а ты знаешь, что… — Трои тотчас умолк, услышав предупреждающий рык Цезаря.

— Я все знаю, — прорычал Цезарь; несмотря на боль, он пытался прикинуть все возможные сценарии, по которым могли развиваться события этой ночью.

— Но…

— Трои, заткнись! Иначе я вырву твой язык!

Имп тяжело вздохнул.

— Знаешь, вампиры пользовались бы большей популярностью в мире демонов, если бы не были так грубы.

Цезарь с трудом сдержал желание вонзить клыки в шею этого создания.

— Ты специально меня провоцируешь, чтобы я тебя убил?

Трои снова вздохнул.

— Если честно, то я действительно предпочел бы умереть, чем вернуться в объятия Морганы.

— Что она с тобой сделала?

Трои содрогнулся, и Цезарь понял: что бы с импом ни произошло — воспоминания были слишком болезненными, чтобы говорить об этом.

— Граф Цезарь, у меня к вам просьба, — произнес он, внезапно помрачнев.

— Какая?

— Если мне не удастся выбраться оттуда, убейте меня, выпейте мою кровь и… Словом, делайте что хотите, но только не оставляйте меня с Морганой.

Цезарь кивнул; он-то прекрасно понимал, что в этом мире есть вещи и пострашнее смерти.

— Хорошо.

Анна сидела с закрытыми глазами, пока «хаммер» мчался по темной автостраде. Рядом с ней за рулем сидел Стикс, а массивный Ягр устроился на заднем сиденье.

За ними ехал еще один «хаммер», в котором находились Вайпер, Данте, Шей, Эбби и Дарси.

Анна лишь краем уха слышала негромкий спор, который возник, когда три женщины стали настойчиво требовать, чтобы их тоже включили в спасательный отряд. И еще один спор возник, когда Стикс стал настаивать на том, чтобы к ним присоединился Ягр.

Но сейчас Анна была слишком обеспокоена — все ее мысли занимал Цезарь. Нет, не обеспокоена — она была в отчаянии.

Каждая уходящая минута ударом кинжала вонзалась в ее сердце, и только понимание того, что ей понадобится помощь соплеменников Цезаря, удерживало ее от более решительных действий.

В какой-то момент связь между ней и Цезарем вдруг снова начала усиливаться, а через несколько минут острота ощущений вернулась с прежней обжигающей болью. Но так продолжалось недолго. Прошло еще несколько минут, и это ощущение вновь стало пропадать.

Анна не знала, что означали эти странные ощущения, но она ни секунды не сомневалась: хорошего в них мало. Сжав кулаки, так что ногти впились в ладони, она повернулась к Стиксу и в ужасе прошептала:

— Он перестал двигаться.

В полумраке салона огромный король вампиров походил на бога возмездия, ожидающего возможности нанести последний удар. Да и златовласый гигант на заднем сиденье имел не менее внушительный вид. За суровой красотой Ягра, от которой могло затрепетать сердце любой женщины, безошибочно угадывалась холодная жестокость. Он походил на гранату с выдернутой чекой, готовую взорваться в любую секунду. И Анна никому бы не посоветовала оказаться поблизости, когда это произойдет.

Если бы не безумный страх за Цезаря, она бы ни за что не села в машину с этими смертельно опасными демонами.

— Да, понял, — прорычал Стикс.