— Я ничего не помню, — ответил граф.

— Это довольно странно. Ты не находишь?

— Вообще-то нет. — Он запустил пальцы в пряди ее волос. — Вампир должен сначала выпить кровь человека. И прежде чем человек испустит последний вздох…

— Ты хочешь сказать, что тебе приходится убивать людей? — перебила Анна.

— Si, — без сожаления признался Цезарь. Он был таким, каким был, и тут ничего не изменишь. — Хотя я убежден: Вайпер сказал бы, что демон не может овладеть человеческим телом, пока душа его не покинет.

— И воспоминания уходят вместе с душой?

— Конечно. Они ведь являются частью той сути, которую некогда являл собой человек.

Было заметно, что Анна старалась побороть естественное для нее неприятие убийства и то отвращение, которое вызывало у нее его такое спокойное к этому отношение. Что ж, обычная реакция. Лишь немногие способны были понять ту неизбежность, которая движет вампиром.

— И тогда демон остается один на один с телом, которое нужно возродить в новом обличье? — спросила она.

— Образно говоря — да.

— А ты когда-нибудь…

— Когда-нибудь — что?

— А тебе случалось превращать кого-нибудь?

Граф едва заметно улыбнулся.

— Si. Я порождал других. Даже вампиры испытывают потребность в продлении своего рода.

Она содрогнулась, и ее прекрасные глаза потемнели.

— Значит, у тебя… есть дети?

Цезарь вздохнул, ощущая свою давнюю тревогу и боль. В отличие от многих своих собратьев он, обращая человека, никогда не оставлял его без присмотра и участия.

Он всегда относился к обращенным, как к членам своего клана и делал все, что было в его силах, чтобы они приобрели умения, необходимые для того, чтобы занять достойное место в мире демонов. К сожалению, его наставничества было недостаточно, чтобы спасти их от беспощадных вампирских войн, которые некогда прокатились по всей Европе. Или от их собственной глупости.

— Ну, сказать дети — это не совсем точно. — В его голосе прозвучало сожаление. — И потом… Никто из тех, кого я породил, не выжил. Незадолго до того как я встретил тебя, в последнего из них вонзила кол его же возлюбленная.

Анна подняла голову; на ее лице было выражение крайнего изумления.

Цезарь с трудом сдержал улыбку. Dios! В некоторых отношениях эта женщина оставалась поразительно наивной.

— Но как же так?.. — пробормотала она.

Граф пожал плечами.

— В любви вампиры бывают столь же глупы, как и люди.

Анна мгновение размышляла над его словами. Затем на ее губах заиграла улыбка.

— И очевидно, у тебя нет предубеждения против всех остальных?

Он окинул взглядом ее восхитительное обнаженное тело.

— Очевидно, нет.

Она легонько ущипнула его за руку.

— Вообще-то я имела в виду Стикса, который выбрал себе жену из оборотней. Кстати, а кто супруга Вайпера?

— О, она гораздо больше чем просто супруга, — с улыбкой ответил Цезарь. — Жена Вайпера — Шей, на самом деле шалотт, и это одна из разновидностей демонов, которые способны взять верх над вампиром. А Данте — так тот вообще связал свою жизнь с богиней.

— С богиней? — Анна хохотнула, не веря его словам. — Ты, должно быть, шутишь.

— Вовсе нет. Ведь Эбби — Чаша, и в ее теле обитает дух, которому многие поклоняются как божеству, но большинство просто боится.

— Ты тоже боготворишь ее?

— Нет.