— Я принес тебе еду.

— Но откуда такая роскошь?

— А какое это имеет значение?

— Значит, ты все это украл?

Леве, обидевшись, насупился.

— Ну почему сразу украл? Я просто позаимствовал это на ближайшей кухне.

— Позаимствовал?..

— Поверь мне, я только что спас одного слишком жирного фермера от раннего инфаркта. По сути, я оказал ему услугу. — Горгулья презрительно фыркнул. — Кроме того, в отличие от вампиров я не могу сойти за человека. Ты можешь представить меня входящим в ресторан и заказывающим еду навынос?

Отринув чувство вины за похищенный у фермера ужин, Анна потянулась к тарелке. Леве не только охранял ее сон, но и позаботился о том, чтобы накормить ее. И как это замечательно — знать, что рядом с тобой те, кому ты действительно небезразлична и кто искренне заботится о тебе.

— Спасибо, Леве. Это очень любезно с твоей стороны, — тихо сказала Анна и уткнулась в тарелку, чтобы скрыть слезы.

Уловив ее эмоциональное состояние, Леве сел с ней рядом и проговорил:

— Так ведь я — француз. Уж я-то знаю, как доставить даме удовольствие.

Приступив к трапезе, Анна бросила на приятеля быстрый взгляд.

— А во Франции много горгулий?

— В Европе их множество. — Леве презрительно фыркнул. — К счастью, лишь немногие хотят оставить свои гильдии и перебраться в Америку.

— Гильдии?

— Это наши кланы. Или семьи. Как тебе больше нравится.

Анна тут же представила семью горгулий, сидящую у телевизора и уминающую поп-корн. Ну и ну!

— А здесь у вас нет гильдии?

Леве заерзал и трагически всплеснул лапками.

— Меня не принимают ни в одну гильдию! Горгульи без особой симпатии относятся к тем, кто… иной.

Анна со вздохом отставила тарелку и пробормотала:

— Да, у людей тоже так. — Уж ей-то хорошо было известно, что это такое — быть не похожей на других.

— Значит, мы оба — вне гильдии, — заметил Леве.

— Думаю, что так.

— Не слишком приятно все время быть одному, — продолжал горгулья. — Но я нашел Шей, которая приняла меня в свою семью. Может быть, и для тебя Цезарь найдет местечко.

У Анны перехватило горло. О Боже! Она даже не позволяла себе думать о том, чтобы навсегда остаться с Цезарем или оказаться среди тех, кто счел бы ее членом своей семьи. Слишком много лет она посвятила тому, чтобы свыкнуться со своим одиночеством.

— Эй, Леве!.. — Анна насторожилась; в ее мозгу отчетливо зазвенели тревожные колокольчики, и тут же резкий яблочный запах ворвался ей в ноздри. — Леве, ты чувствуешь?

Горгулья нервно кивнул:

— Oui. Феи.

Глава 16

Анна крепко зажмурилась, наивно молясь, чтобы запах просто исчез. Она уже по горло была сыта феями. Более того, если ей больше никогда в жизни не придется иметь дело с феей и с безумной королевой этих потусторонних созданий, она станет самой счастливой женщиной на свете.

Конечно же, запах не исчез. Напротив, он усилился и вскоре, казалось, заполнил весь амбар.

Ну почему удача от нее отвернулась?!

Распахнув глаза при звуке шагов, Анна встретила озабоченный взгляд Леве, вытянулась на грязных досках и, как солдат под обстрелом, поползла к краю чердачного настила.

— Бесполезно прятаться, Анна Рэндал, — раздался вдруг мягкий женский голос. — Я знаю, что ты здесь.

Выглянув за край настила, Анна увидела темноволосую женщину, стоявшую в центре сарая.