Кожаные штаны и туника, обтягивали совершенные, массивные мускулы. На его запястьях были наручники, украшенные странными символами, которые я не узнавала.

— Что это вообще за тема такая у богов с кожей? — пробормотала я.

Аид скользнул по мне долгим взглядом.

— Мы приукрашаем её.

Так и было. Невозможно было с этим спорить, но сексуальность богов не компенсировала их всеобъемлющую жуть и сводящий с ума мыслительный процесс.

— Последний шанс, — произнес Аид, оглянувшись через плечо и окинув нас взглядом.

Воцарилось молчание, которое нарушил Айден, сказав:

— Давай, сделай это.

Пренебрежительно покачав головой, Аид отвернулся к Титану и положил свою ладонь в самый центр его груди. Красное свечение лучилось из ладони бога и затем наводнило Персеса полностью. Не было произнесено ни слова, или осуществления какого-либо ритуала. Похоже, у единственного Аида было такое особое прикосновение.

Аид отступил назад и сложил руки. Нам не пришлось долго ждать.

Титан содрогнулся один раз и затем открыл свои глаза. Я попыталась задушить свой изумленный вдох, но не смогла. В отличие от обитателей Олимпа, его глаза были черными, как смоль. Абсолютно весь глаз — точная противоположность богам Олимпа. И если я считала, что глаза богов были неприятными, то это ни шло ни в какое сравнение с глазами Титанов.

Пронзительный взгляд Персеса опустился на Аида, и его губы изогнулись в усмешке.

— Ты, должно быть, разыгрываешь меня.

Мои брови взметнули вверх от звука глубокого голоса. Настолько было неожиданным то, что первым делом Титан произнесет именно это, когда выйдет из глубокой заморозки.

Аид склонил голову набок, когда неторопливая, ленивая улыбка растянулась на его губах.

— Здравствуй, Персес, как подремал?

— Отлично, говнюк.

Да. Уж.

Позвоночник бога сделался несгибаемым.

— Как вижу твоё отношение такое же, каким оно было, когда мы сковали тебя в этой гробнице.

— С трудом сковали меня, — насмешливо улыбнулся он. Титан обвел нашу маленькую группу беглым взглядом и затем повернул голову обратно в нашем направлении. Жестокий изгиб соскользнул с его губ, когда он прищурил глаза: — Я был разбужен, чтобы обнаружить говнюка, дитя полубога и двух Аполлионов перед собой? Должен признать, я заинтересован.

Я была удивлена тому, как хорошо Аид справлялся с оскорблениями, которые обрушились в его сторону.

— Нам требуется твоя помощь, — приложив усилие, я заставила себя произнести это. — Именно поэтому ты был пробужден.

Одна темная бровь приподнялась и в изысканной манере изогнулась.

— Вам нужна моя помощь? — Титан откинул назад голову и рассмеялся настолько сильно, что мне показалось, будто я ощутила, как земля под моими ногами задрожала. Хотя, смех был приятным. Как минимум, он не попытался нас убить: — Моя помощь? Я даже не могу представить, в какую нелепую ситуацию вы все попали, если сами боги Олимпа пришли к Титану за помощью.

— Ну, понимаешь ли…, — я прочистила горло и дала ему короткую и нелицеприятную версию событий. Всё это время он смотрел на меня не сводя глаз, пока я не почувствовала, словно мои внутренности растеклись по ту сторону моей одежды: — Мы знаем, что ты можешь подготовить нас, и ты можешь…

— Быть причиной того, что Арес растеряет свою уверенность? Заставить его беспокоиться? — довольный смех Персеса отражался эхом в гроте. — Я нужен вам в качестве психологического туза, припрятанного в вашем рукаве.

— По сути, да, — абсолютно спокойно ответил Айден.