– Нельзя быть профессионалом во всём, отец. Но я сделаю всё от меня зависящее, чтобы не посрамить имя Нойр.

Это было странно – отвечать за поступки какого-то другого себя, но врать Элину не приходилось. Недоговаривать – да. Умалчивать – тоже да. Но не лгать напрямую.

Конечно, долго скрывать резко возросший уровень сил попросту невозможно. Не от того, с кем живёшь под одной крышей и чьи глаза с ушами – это все члены клана до единого. Но прямо сейчас перерождённый не хотел объясняться с отцом, рискуя запутаться в собственных сетях, и потому взял небольшую отсрочку, которой должно было хватить на то, чтобы взглянуть на мир ясным, не замутнённым недавними событиями взглядом.

Эйфория, вызванная свалившейся на голову свободой и новым шансом, была слишком сильна в том, кого пытали десятилетиями. Обычный человек сломался бы, но Элин всё это время копил в себе напряжение и сейчас страстно желал избавиться от него, сам о своём желании не подозревая.

– Молодость на то и дана, чтобы попробовать всё и понять, в чём ты можешь стать лучшим, а что лучше оставить другим. – На лице мужчины впервые появилось блеклое подобие улыбки. – Вечером я скажу, какое здание станет твоим. Если есть конкретные пожелания, то лучше озвучь их сразу…

Дальнейший разговор проходил в тех же нейтрально-покровительственных настроениях, и в итоге Элин сумел добиться (если такое слово в принципе можно было применить, ведь Дорш так ни разу и не сказал нет, до того ему осточертели выходки наследника) выделения ему мастерской, обставленной если не на высшем уровне, то очень близко к тому, что уже сэкономило ему немало сил. Всё-таки на добычу денег, приобретение и настройку всего необходимого могло уйти много времени, которое перерождённый считал едва ли не главным своим ресурсом.

Теперь же Элин, подготовив тылы, собирался сделать первые шаги в ином направлении, избрание которого преследовало ту же цель. Обретение силы. Разработка артефакта, могущего серьёзно усилить собственные возможности перерождённого, – это полдела, ведь умноженный вдвое ноль нулём же и останется.

«Змейка, помнишь, как мы давным-давно обсуждали наш потенциал?» – задал вопрос Элин, отчётливо ощущая сконцентрировавшееся на нём внимание змейки.

«Конечно. И к иным выводам, я полагаю, мы не сможем прийти даже сейчас. – Несмотря на немалую загруженность заданиями, которые перерождённый делегировал напарнице, змейка была вполне себе весела и жизнерадостна. – Ты хочешь взяться за что-то кроме ментала? Параллельно?»

«Да. Ментальные техники эффективны и сами по себе, но, во-первых, от них можно защититься просто за счёт крепкой воли, а во-вторых, демонстрировать этот талант всем подряд сродни самоубийству. – И сейчас Нойр ничуть не преувеличивал, так как ментал относился к тому типу оружия, против которого можно относительно легко найти эффективную защиту, в отличие от грубой силы. – Мы уже знаем, что как минимум два симбионта не просто подкованы в ментале, а специализируются на нём. Глупо пытаться сражаться на мечах с опытным дуэлянтом, если можно просто загнать ему арбалетный болт в грудь».

«Но особые свойства нашей анимы весьма разрушительны и трудноконтролируемы. Если всерьёз начать их развивать, то, боюсь, совсем скоро эффективность плетения сложных, требующих работы с тонкими токами анимы техник упадёт в три раза, если не больше. Стоит ли это того?»

«А что ещё мы можем предложить симбионтам при том условии, что они банально сильнее любого из когда-либо живших людей? Голая сила, какую могут обеспечить техники, будет практически бесполезна. Ситуацию может исправить тьма, но без практики вывести её на требуемый уровень будет невозможно, а о последствиях злоупотребления ею я тебе уже рассказывал.